Красное на красном

Знали бы вы, как я натягивал по ночам на голову одеяло, представляя, что эти бестии вылезают из-под кровати и бросаются на меня. Думаю, тогда я использовал весь отпущенный на мою долю страх.

– С чем вас и поздравляю. Что еще вы помните об этих чудовищах?

– Очень мало. Кажется, они как-то выбрались, а их загнали назад, но при этом то ли пропал, то ли погиб император, а его брат ударился в эсператизм и перенес столицу.

– Спасибо, – проникновенно поблагодарил Сильвестр. – Житие святого Эрнани, которым вас так напугали, я помню. Должен вам заметить, что Эрнани слишком хорошо правил, чтобы я поверил в бегство от подземных чудовищ.

3

Если Дик и испытывал благодарность к своему эру, то после разговора она растаяла. Ворон в очередной раз показал, что люди для него не дороже собак и лошадей. Еще бы, его оруженосец не может проиграть чужому, а там хоть трава не расти. И все же Баловник и кольцо вернулись к хозяину, и можно не думать, как объясняться с матерью. Если б еще удалось скрыть проигрыш от Катарины… но не выйдет. Ричард, хоть и не успел изучить столичную жизнь, не сомневался – вечер у Марианны будет занимать сплетников не меньше недели.

Ворон сделал все, чтобы превратить игру в очередной скандал, без которых не мог жить… И все-таки юноше страшно хотелось узнать, как Килеан отобрал у своего оруженосца выигрыш и о чем он говорил с Вороном, когда принес кольцо.

Ричард внимательно осмотрел возвращенную реликвию, не понимая, как он мог бросить ее на кон, а ведь именно это пожелает узнать эр Август. Объясняться с кансилльером хотелось меньше всего, и потому юноша решил увидеть Штанцлелра немедленно. Повелитель Скал умеет отвечать за свои поступки, и потом, кто-нибудь все равно расскажет.

Да тот же Наль! Штанцлер может подумать, что сын Эгмонта прячется за спину маршала, но это не так! А играть он больше не станет, что бы Ворон ни говорил. Святой Алан, он никогда больше не прикоснется ни к костям, ни к картам! Отец никогда не играл, его все любили и уважали и так, а кто уважает и любит Ворона? Его боятся, перед ним заискивают, но разве это сравнится с тем, как относятся к кансилльеру и Катарине Ариго?!

Все казалось правильным, пока юноша не вспоминал длинное холодное лицо и залысины своего несостоявшегося эра.

Килеан-ур-Ломбах был Человеком Чести и другом Штанцлера, но Дикон радовался, что не попал к нему в оруженосцы. Уж лучше Ворон! Вот Эстебану при коменданте самое место, так ему и надо! Людвиг выглядел придирчивым и недобрым, а баронесса… Баронесса очень не хотела иметь с ним дело.

Ричард вздохнул и принялся собираться. Он пойдет к кансилльеру прямо сейчас и получит то, чего заслуживает. Все равно эр Август или уже все знает, или вот-вот узнает… Юноша расправлял плащ, когда слуга принес письмо от Наля.