Красное на красном

– Почему вы меня искали?

– Господин Прымпирадор… – начал Жан, но Бонифаций договорить таможеннику не дал:

– А потому, что сии воины, зная многое, что родившимся не в Варасте неведомо, желают отплатить злокозненным язычникам за их непотребства. Жан и Клаус собрали таможенных стражей, охотников и пастухов, коих судьба привела в окрестности Тронко, дабы оказать вам посильную помощь.

– Мои разведчики обойдутся без дезертиров, – скривился Манрик. – Я не верю этим людям. Нам внушают, что против нас не больше четырех тысяч, но, пусть господин губернатор и допускает некоторое преувеличение, мы можем с уверенностью говорить, что в Варасте действует пятнадцатитысячная армия.

– Вам бы, сударь, прошу прощения, с такой верой в то, что сами не видели, клириком быть! – вдруг выпалил Жан. – Нет там пятнадцати тыщ и не было никогда. Седуны не числом берут, а наглостью да нашей глупостью…

– Еще одно слово, дезертир… – Манрик вскочил, его лицо стало красным. Собака подняла голову и глухо заворчала; епископ поставил стакан, намереваясь ответить, но не успел.

– Сядьте, генерал.

 – Ворон и не подумал повысить голос, но «навозник» молча упал в кресло. – Никто вам этих людей не навязывает. Значит, хотите с армией идти?

– Так точно! – выпалил чернявый.

– Оба решили? – Голос Алвы был все таким же ровным.

– А то как же, – удивился Клаус. – Мы ж все на пару.

– Приказ о вашем производстве в капитаны и введении в командование двумя отрядами разведчиков из числа бывших адуанов и варастийских добровольцев будет готов через час. Господа, – Рокэ отвернулся от остолбеневших варастийцев, – утром мы выступаем.

Кроме адуанов, со мной пойдут девять тысяч человек – пять конных полков, три пехотных, кэналлийцы и часть артиллерии. Генерал Манрик принимает командование над остальной частью армии. Ваше дело – защищать Тронко и особу губернатора. Начальником штаба у вас остается Хэвиленд. Маро, Шенонсо, Монтре поступают в распоряжение командующего. Вейзель, Савиньяк, Дьегаррон, Феншо-Тримейн, Бадильо, прошу вас отдать соответствующие распоряжения своим людям и к полуночи вернуться ко мне за дальнейшими указаниями. Ваше преосвященство, примите мою благодарность, вы нам очень помогли.

– Я отправляюсь с вами, – не терпящим возражения тоном заявил епископ, – дабы укреплять дух богобоязненного воинства и нести многомерзким язычникам свет олларианства.

– Как пожелаете, но удобств не обещаю.

– Тело наше подчиняется душе нашей.

Бонифаций тяжело поднялся и направился к выходу. Рокэ с невозмутимым лицом пропустил святошу вперед и вышел вместе с Дьегарроном и Бадильо. Таможенники и их пес убрались следом.