Красное на красном

Если б Рокэ всегда оставался таким…

Ричард Окделл прервал опасные размышления – он не предаст память отца, Талигойю, Катари… Через два с половиной года он освободится от присяги, а пока надо ждать, не забывая, кто друг, а кто враг. Рокэ Алва – враг Талигойи и враг Окделлов, и с этим ничего не поделать.

Юноша поправил воротник и отправился на поиски. Какой-то минер сообщил, что Монсеньор у водопада с господином Вейзелем, и Дик послушно поплелся в указанном направлении. Сержант не обманул – маршал и впрямь сидел на упавшем стволе, с вежливым вниманием глядя на застывшего перед ним Вейзеля.

– Рокэ, – голос артиллериста казался деревянным, – вам не пришло в голову проехаться вдоль реки?

– Нет, – кэналлиец спокойно выдержал взгляд бергера, – а что там? Яблони зацвели?

– Там то же, что и здесь! Грязь, камни и ничего живого!

– Я так и думал, – все так же спокойно заметил Ворон. – Смотреть на это нет никакого смысла.

– И это наделали мы!.. Я! Это я рассказал вам про сель, и я заложил мины.

– И отменно заложили.

Рокэ поднялся.

– Курт, соблаговолите прекратить истерику. Если вы ждете, что я возрыдаю вместе с вами и начну кататься по земле и голосить о собственной греховности, я вас разочарую. Я сделал то, что считал и считаю правильным. Что до вашей совести, договаривайтесь с ней побыстрее. В конце концов, вы – солдат и выполняли приказ. Когда мы вернемся, можете переселиться в храм и биться головой об пол сколь душе угодно, а сейчас извольте готовить штольни для взрывов.

– Рокэ!

– Каждому свое. Вам – закладывать мины, мне – писать ультиматум.

– Какой ультиматум после того, что вы натворили?!

– Вы мне надоели, Курт, а ультиматум очень простой. Если Адгемар не примет наших условий, с Равиатом случится то же, что с долиной Биры.

– Это невозможно! Там совсем другой грунт, и…"

"– Именно, – удовлетворенно произнес Алва. – Переходя к делу, вы стремительно умнеете. Я не хуже вас вижу, что Змеиное Око так просто не взорвать, ну и что? После того, что мы сделали с Барсовым, кагеты сожрут любую угрозу. Любую! Даже пойми Адгемар, что я блефую, ему его же казароны не позволят ослушаться. Поскольку на месте бирисских деревень будут видеть свои за́мки.

– Хорошо, – устало вздохнул Курт Вейзель. – У меня нет сил с вами спорить, но зачем делать зряшную работу?

– Затем, что играть краплеными картами надо честно. Штольни должны быть сделаны на совесть, а наши бакранские друзья да не усомнятся, что у них в руках жизнь и смерть Кагеты.

– Бакраны?! Они-то здесь при чем?

– При том, что Озерное плато принадлежит королевству Бакрия, так же как Барсово ущелье, перевалы Оки́ла и Га́рза и Дарга́тское нагорье. Пусть «козлы» бодают «барсов», это полезно и тем, и другим. Седуны растили себе врагов веками, вот и вырастили.