Никому о нас не говори (СИ)

Один неудачный удар по голове, и…

Я делаю глубокий вдох и резкий выдох. Стараюсь так оттолкнуть жуткую мысль.

И как быть мне? Тимур не просил остаться. Но если он вернётся опять избитый? Если всё будет ещё хуже, чем в прошлый раз?

Сидя на диване пустой веранды, я вдруг понимаю, что мне очень хочется туда… в то подполье. Я даже дёргаюсь от этой мысли, и сердце дёргается тоже, ощутимо стукнувшись о рёбра. Но я торможу себя. Вцепляюсь пальцами в шершавую обивку дивана, чтобы не сорваться с места.

Ну куда я поеду? И сколько это займет времени? Я в другом городе. Тимур может спокойно набить всем там морды сотню раз и вернуться сюда, пока я буду добираться до их бойцовского клуба.

Но и просто оставить здесь вещи и уехать домой не решаюсь. Не смогу заснуть спокойно, если не буду знать, что Тимур не собирается умирать здесь после своих драк. Как показывает прошлый опыт, его ничего не остановит сесть за руль в любом своём состоянии. Горин упертый.

У меня ведь есть время подождать его здесь? До последней маршрутки ещё четыре часа. Я должна знать, что, вернувшись сюда завтра, не обнаружу окоченевший труп Тимура.

И я решаю ждать.

Час.

Два.

То разуваюсь и залезаю на диван с ногами, укрывшись тем самым пледом с Русалочкой. То хожу из угла в угол, вздрагивая от каждого скрипа и шороха на участке. То заглядываю в чат, пытаясь увидеть в сети Тимура, которого там нет.

Я старательно скрываю нервы в своём голосе, когда разговариваю с мамой. Сижу на старом диване и вру, что уже вернулась с пар и хочу сегодня пораньше лечь спать. Мне на руку, что мама сильно уставшая и не задаёт никаких лишних и уточняющих вопросов.

Я даю себе ещё час ожидания.

На улице уже темнеет. И если бы не уличный фонарь на соседнем участке, то веранда давно бы погрузилась в кромешную темноту.

Свет здесь всё-таки не работает, сколько бы ни дёргала выключатель.

Я так и сижу в полумраке на диване. Не снимая пальто и укутавшись в плед. В этом помещении действительно очень холодно.

Прислушиваюсь к звукам на улице и на веранде. Потихоньку погружаюсь в тягучую дремоту и мысленно надеюсь, что мышки не захотят выйти на вечернюю прогулку.

Но всё меняется в один момент.

Я слышу скрип открывающейся калитки на улице и хлопок. Сон слетает с меня мгновенно.

Я становлюсь напряжённой струной в ожидании, когда откроется дверь веранды. Смотрю на неё, не сводя глаз, и всё сильнее стискиваю мягкую ткань пледа в ладони.

Тимур появляется ровно за час до отправления последней маршрутки в Ростов."

"В свете фонаря с улицы это появление выглядит даже эпичным: широкоплечий высокий мужской силуэт замирает на пороге веранды. Горин в одной футболке, и меня передёргивает от холода, когда вижу его голые татуированные руки. И он держит в них небольшой пакет.

— Привет, — хрипит Тимур.