Отрада

— Что говоришь ты?! — Отрада выкрикнула раньше, чем Храбр поспел ее остановить. — Как смеешь так нагло лгать?!

Она смотрела на мужчину, валявшегося в ногах у воеводы, и не могла поверить своим глазам. Крупная дрожь сотрясала ее тело. Ее вскрик привлек еще больше внимания, и теперь уже в толпе не осталось ни одного человека, который на них бы не смотрел. У многих на лицах Отрада увидела осуждение. Взметавшись, она повернулась к Храбру, и тот тоже глядел на нее без прежней теплоты в глазах.

— Успокой свою невесту, кузнец, — бросил ему воевода, и слишком поздно Отрада уразумела, в чем ошиблась.

После смерти матушка она так привыкла всегда стоять за себя сама, что совсем позабыла, что нынче защищать ее полагалось жениху. Верно, в глазах воеводы она была глупой, заносчивой девкой, которая трепала языком не по делу и лезла вперед взрослого мужа.

— Моя невеста сказала правду, — Храбр повел плечами и нахмурился.

На воеводу он глядел без особого почтения, и сердце у Отрады вновь тревожно сжалось. Ох, как бы ни осерчал он... И без того не шибко им верил, все больше в сторону старосты глядел, вроде бы даже покровительственно.

— Вуй выкрал ее и держал в землянке, а перед тем — силой пытался выдать за своего меньшого сынка и завладеть избой, которую построил батька Отрады Бусовны.

— Как ты сказал? — воевода стремительно шагнул к нему и впился в кузнеца требовательным, нетерпеливым взглядом. — Повтори!

— Вуй выкрал ее... — Храбр, скрипнув зубами, заговорил с начала, но был сызнова перебит воеводой.

— Да не о том! Как невесту твою звать-величать?

Невольно Отрада шагнула к кузнецу поближе и схоронилась за плечом. Нынче взгляд грозного мужа в богатых одеждах был прикован к ней, и ей это было не по сердцу.

— Отрада Бусовна, — повторил Храбр, мало что разумея.

Впрочем, не разумел никто из столпившихся вокруг них людей.

— Где же батька твой? — воевода круто повернулся к Отраде, у которой от испуга начали стучать зубы.

Все кричало о том, что произошло нечто скверное. Нечто очень скверное, иначе с чего бы воеводе любопытничать о ее батюшке?.. Который явился в общину незваным, нежданным и с трудом смог в ней осесть, но так никогда ни с кем близко и не сошелся?

— Он умер. Несколько весен назад.

— А покуда жив был, что делал?

— Бортником был...

— Всю жизнь?

Отрада уже набрала воздуха, чтобы ответить, и приготовилась мотнуть головой, когда почувствовала прикосновений Храбра к своей руке. Она послушно замолчала, решив довериться кузнецу. А тот уже глядел на воеводу, прищурившись. Толпа вокруг них гудела и гудела, словно вырвавшийся на свободу пчелиный рой.

— Пошто любопытствуешь, свет Добрынич? — спросил Храбр, распрямив плечи.

Ему пришлось стиснуть зубы, чтобы не застонать.