Цена его любви

Они пролетают мимо и их больше никогда не вспомнишь.

Одно только остается. Главное. Внутри разрастается.

И там — он. Влад. С глазами этими его сумасшедшими. С губами, вкус которых будто внутрь проник.

Все слова, все, как мы встретились, — неважно.

Даже тревога ушла, отступила.

Еще дверь не раскрылась, а я уже знала, чувствовала — сейчас войдет. Запредельное что-то. Абсолютно нереальное. Так не бывает.

Но внутри будто разлилось тепло, и сердце дернулось. И сразу, уже знаю — Влад где-то рядом.

Будто души наши просто чувствуют друг друга.

Замерла, когда вошел.

Ощущение нереальное. Снова и снова."

"Как будто наполнили меня чем-то удивительным, волшебным, настоящим — в один момент.

Прикоснулся, — и я будто рассыпаюсь на тысячи осколков. Будто растворяюсь и сама вот этим светом звезд становлюсь. Вместе с ним. Соединяясь в чем-то невозможном.

Не надо слов.

И каждое его касание — самое важное.

Это больше, чем все слова на свете.

Это магия, в которой мы сливаемся в одно.

И так мучительно, до боли это важно, что на кончиках пальцах это ощущаешь.

Они немеют. Они горят. И только одна потребность, — задохнуться в нем. Переполнившись по максимуму. До самого края.

Что можно сказать? Спросить, как дела? Сказать о том, что чувствуешь внутри?

Каждое прикосновение говорит здесь больше.

Так пронзительно, так ярко, что не нужно никаких слов. Только дышать. Только скользить руками по коже. Душу всю вкладывая. Вкладывая саму себя, все чувства свои прямо в него перегоняя.

И ощущать, как его отклик, как свет этот звездный, входит прямо в меня. Он душой будто входит.

Жадно. Жадно и нежно. Отдаваться и захлебываться им.

Будто знакомясь поначалу. Будто стараясь не нарушить, не потревожить что-то тихое, такое важное, что зарождается сейчас и может разрушиться в любой момент.

Пока не срывает. Пока не чувствую, как разлетаюсь на осколки. Пока это что-то, связывающее нас без слов не становится огромным. Оглушительным. Одуряюще мощным.

В пламени внутри. В сумасшедшем блеске его глаз.

Раздирая нас обоих на части. И срывая все заслоны, все оболочки. Болезненной потребностью вбиваться, стать одним, раствориться и вобрать. Его. Его насквозь.

— Кричи, Даааша.

И я кричала.

Кричала, срывая горло.

Будто разрываясь вся.

Когда ласкал языком мой изнемогающий клитор. Когда вбивался бедрами с оглушительными хлопками. Жадно, как изголодавшийся зверь.

Я кричала, ощущая внутри тот самый голод. Ту самую потребность заполниться им до предела.

Кричала, обламывая о стекло ногти, когда вонзался все яростнее, все сильнее.

Судорогами исходя от этой ненасытности.

От его крика, сливающегося с моим.

Пока не повалилась, все еще дергаясь, все еще дрожа всем телом, прямо на подоконник.

Чувствуя себя совсем измотанной. Вывороченной.