\

Видимо местные жители либо не шибко были заинтересованы в изучении своей истории и поднятии эрудиции, либо очень усердно трудились, отчего времени у них банально не было.

Стоя у выхода, я еще раз окинул это место взглядом. Оно действительно поражало своими размерами и количеством обслуживающего персонала, если учесть, что посетителей… нет. Либо они все сейчас ходят между книжных рядов и именно поэтому их не вижу.

— Немноголюдно тут у вас, — сказал я.

— Это нормально. Будет время — заходите еще, — сказала Гретта Генриховна. — Мы всегда рады гостям.

Я улыбнулся ей, благодарно кивнул и покинул стены Архива.

После пыльного воздуха внутри, воздух города, в котором работает шахта и перерабатывающая мануфактура, показался мне воистину свежим. Однако, я уж молчу про то, как легко дышится в поместье, которое находится на отшибе среди фактически леса.

Усевшись за руль мотокареты, я завел двигатель. Пока он немного прогревался, я думал: ехать сейчас или отложить на завтра? Вытащил часы из кармана, открыл их и посмотрел. До полуночи было еще далеко, значит успею.

Даже если задержусь, то ничего страшного, карета не превратится в тыкву.

Просто, если Смоляков спрашивал про проклятия, то большая часть из них имела тенденцию срабатывать как раз в полночь.

А если учесть, что энергия Ильи Олеговича была усеяна черными нитями, то это могло свидетельствовать лишь о том, что интересовался моими навыками он не из праздного интереса. Вот только, что конкретно беспокоило графа Хмарского? Это мне еще предстоит выяснить.

Благодаря карте, которая была в бардачке, я быстро смог сориентироваться на местности и прикинуть каким маршрутом буду ехать.

Неудача меня настигла по городу, когда вляпались в какую-то пробку и меня прижали сзади, так что возможности сдать и поехать другой улицей не было.

Двигались медленно. Водители сигналили, высовывались из окон и ругались. Причиной стало то, что на одном из перекрестков сломался автоматический регулировщик, и сейчас там стоял мужчина с длинной шляпой в форме и с черно-белой палочкой пытался регулировать движения.

И судя по тому, как реагировали люди, то было два варианта: первый, он это делал абсолютно отвратительно, от слова совсем.

И второй, местные водители купили права за кусок сала и банку молока, а потому все то, что показывал регулировщик — для них было, как представление пантомима. Игра в крокодила или в море волнуется раз, если угодно.

Когда подошла моя очередь, регулировщик красноречиво показал руками «на себя», и я спокойно двинулся через перекресток. Миновав его, поддал газу, чтобы поскорее выбраться на тракт и попытаться нагнать упущенное место.

И ладно бы, если вся суматоха возникла из-за чего-то серьезного.