\

— Нашел! Готово, Каммерер, можешь не благодарить!

За это я во многом и ценил Альфа. Маленький засранец никогда не упускал случая поиграть на моих нервах, в этом он был настоящим мастером. Но когда дело приобретало серьезный оборот, более верного помощника нельзя было и пожелать. Многим моим коллегам по ремеслу повезло гораздо меньше — некоторым достались те еще лживые и коварные ублюдки, только и ждущие возможности обмануть «глупого человечишку».

На их фоне Альф казался эталоном верности. Даже если иногда вел себя как зарвавшийся ребенок.

— Молодец, — тем не менее похвалил его я.

Бес в ответ довольно осклабился.

Теперь стало хорошо видно, что за штуку тут прятал Илья Олегович. К тяжелому металлическому основанию, приваренному к полу, крепилось сидение. Длинное, примерно в рост взрослого мужчины. Больше всего вся конструкция напоминала кресло из зубоврачебной клиники. С тем только отличием, что пациентов там не приматывают к сидению. А здесь для этой цели были приспособлены даже не ремни… цепи толщиной в палец.

Больше в комнате не было ничего, кроме лампы под потолком.

— Серьезное устройство, на совесть сделано, — заявил Альф, когда оглядел «кресло».

— Надеюсь, ты не думаешь вытащить его отсюда? В дверь точно не пролезет.

— Мои силы велики, но не настолько, — усмехнулся я. — И разносить подвал я не собираюсь. Мы проводим Илью Олеговича сюда.

— Или принесем, — добавил бесенок. — он совсем плох.

Когда мы вернулись в основную комнату, я сразу понял, что Альф прав. И правота его заключалась в том, что Смоляков, что лежал на кровати, корчился явно от боли. Его тело то выгибало дугой, то скручивало в тройное «зю».

Кожа покрылась наполовину шерстью, руки все сильнее напоминали лапы, а на голове уже явственно виднелись торчащие уши.

Не к месту в голове вспомнилась старинная сказка про девчушку и ее бабушку, которую съел большой страшный серый волк. А затем, нарядившись в ее одежду, притворялся в этой самой бабушке.

— Даже не думай, — предупредил я Альфа.

— Да чего⁈ Я просто хотел спросить куда он дел бабку…

Я тяжело вздохнул и быстрыми шагами двинулся в Илье Олеговичу. Решение было рискованным, потому что прямо сейчас он мог либо кинуться на меня и одним рывком перекусить горло, либо махнуть рукой и выпотрошить меня своей когтистой лапой, как рыбу.

Но я надеялся, что мне хватит сил и энергии, чтобы если что — принять удар на барьер или отбросить его в сторону.

— Р-рыа… аргх… не под… ходит-те, — ворчал Смоляков. Как он оставался в сознании при таких болезненных трансформациях — ума не приложу. В комнате стоял звук треска. Судя по тому, что я видел, это конечности выходили из суставов, ломались кости изгибались под другим углом, который им был нужен.