\

— Не отнять, — сказал я. — Как ваше самочувствие, Илья Олегович? — обратился я к Смолякову, который прикрыл глаза рукой и лежал на спине.

— Голова раскалывается. И челюсть нижняя ноет так, словно ее вырвали и вставили обратно."

"Рассказывать Смолякову о том, во что он теперь будет превращаться я не торопился. И о том, что процесс с его челюстью примерно так и происходил тоже. Всему свое время. Главное это то, что теперь Смоляков будет больше человек, чем животное в полнолуния. А дальше все зависит сугубо от него.

— Мож водички, батюшка Илья Олегович? — спросил Кирилл.

— Водочки лучше, грамм двести.

— Сейчас! — подкинулся его слуга. — Я как раз самогон откупорил свежий. Чистый, как слеза! С перчиком острым. Сейчас принесу, сразу полегче станет. Сейчас, барин вы наш драгоценный, никуда не девайтесь, — Кирилл поспешил по лестнице, держась за поручень.

— Да куда уж я денусь, — прохрипел Смоляков, после чего снова приоткрыл глаза и посмотрел на меня. — Как прошло?

Я неоднозначно покачал головой.

— Сомнительно, но пойдет.

Илья Олегович хмыкнул себе под нос.

— Очень информативно, Андрей Александрович.

— Если конкретнее, то вы мне чуть голову не оторвали, а я вам, милейший, собирался вонзить серебряный кол в сердце, но как-то обошлось, — выдал я легкий каламбур. — А если серьезно, то проклятье страшное на тебе висит, Илья. Я не знаю ни одного человека, который способен был бы его снять.

— Ясно, — вздохнул Смоляков.

— Однако, я кое-что сделал, что было в моих силах и теперь ты будешь оставаться в сознании. По первым временам будет тяжело, но чем дольше ты сможешь находиться в людском сознании — тем проще тебе будет в последствии оставаться с ним всегда.

— Что ты имеешь ввиду? — спросил он, нахмурив брови.

— Ты говорил, что, когда обращаешься, то перед глазами, словно красный туман и ты себя не контролируешь.

— Верно.

— Теперь будешь. Тело будет меняться, но оно будет тебе подконтрольно. Как-то так.

Он положил голову на подушку и лежал молча какое-то время. Пока наконец тяжело не вздохнул и не сказал:

— Лучше, чем ничего.

— Я тоже так думаю, — сказал я ему. — Тем более, что это хороший способ узнать о твоей проблеме побольше.

Попробуй найти книги, в которых описывается огромное существо в виде осьминога или кальмара. Поищи религиозные трактаты, узнай, что оно такое. Возможно, где-то среди всего этого добра может и найдется зацепка, как снять проклятие той жрицы.

Рассказывать о встрече со Спящим я не хотел. Кто его знает, что захочет с собой сделать человек, если узнает, что он проклят благодаря своему прадеду каким-то древним хтоническим существом, о котором знали лишь какие-то поехавшие культисты в лесу.