\

Но ни о чем не жалела. Она бы все отдала, чтобы Викран это понял. Видя в его глазах отголоски прошлого, она всякий раз подходила и, если рядом не было виаров, молча клала голову ему на плечо, ненавязчиво повторяя, что прощает. Если же это случалось в человеческом облике, то обхватывала руками шею и согревала его горячим дыханием. Помогала ему снова ожить. Заставляла снова поверить. И неустанно говорила, что любит, столько раз, сколько требовалось, чтобы едва проснувшееся чувство вины терпело поражение и посрамленно отступало прочь.

Она не знала, сколько времени должно пройти, прежде чем Викран избавится от этой боли.

Не знала, как часто он растравливает ее, когда остается один. Но очень надеялась, что однажды он все-таки простит себя за это. И делала все, чтобы он забыл о Занде как можно скорее.

Лишь одно смущало Айру и заставляло тревожиться: занятия с Бриером. И с каждым днем молчать становилось все труднее. Но сказать означало снова заставить его переживать. Сделать его уязвимым. А на это Айра не могла пойти, поэтому стискивала зубы, до изнеможения занималась, старательно делала вид, что все в порядке, а потом устало падала на собственную постель для краткого отдыха и старалась как можно скорее вернуться в теле Кера в Волчий лес, чтобы Викран даже часа не находился в одиночестве.

А затем незаметно прокрадывалась на поляну, мышонком зарывалась в густую шерсть, крепко обнимала лапками за мощную шею и едва слышно шептала:

– Люблю…

* * *"

"Этим утром она не хотела просыпаться. В последнее время отдыха было так мало, что Айра даже сегодня едва не подскочила спозаранку. Под неодобрительное ворчание Кера собралась было встать, чтобы поплестись, отчаянно зевая, умываться.

И лишь спустя пару минут, когда снаружи не ударил проклятый гонг, сообразила, что можно не бежать на занятия. После чего опустилась рядом с сердито сопящим крысом, прижалась к нему щекой и… уснула снова.

Сколько им удалось поспать, Айра не знала. А разбудил ее солнечный лучик, коварно пробравшийся в окно и пощекотавший лицо… да-да, теперь у нее было окно – самое настоящее, которое она сотворила сразу, как только вернулась в академию. И сейчас сквозь него ярко светило солнце, доносился шелест листвы, а еще вдруг пришло ощущение чужого взгляда.

Теплого, задумчивого и удивительно родного.

Айра зажмурилась, нежась под этим взглядом, как в объятиях любимого, а потом приоткрыла один глаз и… ошарашенно замерла, заметив распахнутый овал телепорта. А возле него, присев на стул и подперев голову рукой, сидел, неподвижно рассматривая безмятежно спящую девушку…

– Викран!

Маг неловко отвел взгляд и поднялся, когда она резко села, сбросив покрывало.

– Откуда ты взялся?!

– Извини, – хрипло сказал он. – Я зашел убедиться, что все в порядке.