Герметикон

— В настоящий момент начальники технических служб докладывают о готовности к эксперименту.

Капитан старался говорить спокойно, но и Холь, и Мритский слышали в голосе Шкоте тщательно скрываемый страх: цеповод боялся предстоящего эксперимента.

Впрочем, боялись все.

После известия об отказе Алоиза лично руководить испытанием среди членов экипажа ""Исследователя-1"" участились ""случаи заражения непонятной лихорадкой"" и ""приступы застарелых хронических заболеваний"". Лишённые возможности дезертировать — а все знали, что пройти Камнегрядку пешком практически невозможно, — люди делали всё, чтобы не оказаться на первом рундере, и Холю пришлось изрядно постараться, дабы как следует мотивировать сотрудников.

Сначала инженер объявил премию в размере месячного жалованья, затем удвоил ставку, утроил, потом понял, что экипаж всё равно не набирается, и обратился к Мритскому. Вениамин снизил размер премии до первоначального, вывесил списки тех, кому придётся быть на борту, и пообещал повесить саботажников. Только после этого команда оказалась укомплектованной.

— Так всё-таки почему ты не в рундере, как собирался? — спросил губернатор, дождавшись, когда инженер отойдёт от радиостанции.

 — Решил не рисковать?

— Решил не рисковать исследованиями, — уточнил Холь. — Если я погибну, в одиночку ты не сможешь продолжить проект.

— Есть Тогледо, — напомнил Вениамин, бросив весёлый взгляд на молчаливого помощника. — Уверен, он знает, как снарядить второй рундер.

— Я не такой дурак, чтобы делиться с кем-нибудь самыми важными подробностями. В случае моей гибели второй эксперимент не состоится.

— Будет перенесён, — поправил инженера Мритский.

 — Я найму какого-нибудь профессора, и он за пару месяцев разберётся в твоём наследстве.

Вениамин горячо поддержал Алоиза в нежелании подниматься на ""Исследователе-1"", но, выразив одобрение, тут же стал подначивать, во всей красе продемонстрировав склочность характера. Впрочем, губернатор далеко не в первый раз обещал найти свояку замену, и Холь давно перестал нервничать по поводу этих высказываний.

— Тебе прекрасно известно, что мои изыскания лежат в стороне от сферы интересов современной науки, — коротко усмехнулся инженер.

 — Даже расшифровав мои записи и воспользовавшись помощью Тогледо, нанятые тобой профессора поймут мои идеи не раньше, чем ты станешь глубоким старцем.

— Мы оба знаем, что ты здесь голова, — рассмеялся Мритский.

— А ты — голова в армии и поэтому не ходишь в атаки."

"— Я не считаю тебя трусом, Алоиз, напротив, уверен, что ты поступаешь правильно, — медленно произнёс губернатор. — Однако удивился, поскольку знаю, что ты грезил экспериментом. Ты хотел стать первым, и плевать на риск.