Герметикон

До сих пор бывший приотский консул и дер Даген Тур не виделись, обсудить трагическую историю не могли, и в интересах Дагомаро и Тиурмачина было сделать так, чтобы не смогли никогда.

— Нельзя давать Махиму шанс доказать свою непричастность к смерти Лилиан.

— Почему же ты рассказал о его отъезде Помпилио? — сварливо осведомился консул. — Аргументируй!

— Потому что в противном случае наш замысел не имеет смысла: Помпилио должен ждать Махима, — объяснил маршал. — А Махим должен погибнуть в двух шагах от Помпилио.

— Ладно, допустим, — Дагомаро погладил бороду. — Как мы это сделаем? Я имею в виду — с Махимом.

— Пустим под откос поезд, — легко ответил Тиурмачин.

— Гектор?! — Консул умел быть и жёстким, и жестоким, в противном случае на вершине не удержался бы. Хоронить врагов Винчеру тоже доводилось, пару кладбищ накопал как минимум, однако предложение маршала вызвало у Дагомаро оторопь. — Зачем гробить поезд?!

— А на кого ты собираешься свалить убийство Махима?

— На Компанию.

— Каким образом?

— Э-э… — Об этом Винчер не подумал.

— Оставим визитку: ""С приветом из Департамента секретных исследований""?

— Хватит острить!

— Это горький смех.

 — Тиурмачин пожевал губами. — Мне тоже не нравится убивать гражданских, но выхода нет: поскольку мы не можем прямо указать на Компанию, то должны сделать смерть Махима загадочной. Война есть война: поезд взорвался, вопрос закрыт, пусть Помпилио ломает голову над причинами.

— Целый поезд, — вздохнул Дагомаро.

— Этот узелок необходимо рубить, Винчер, нужно списать убийство Лилиан на Махима, — проникновенно произнёс маршал. — Поскольку, если Помпилио узнает, что это ты нанял Огнедела, тебе даже грешники из галанитской геенны не позавидуют.

* * *"

"""Душа моя, Этна!

Не побоюсь признаться: я всегда хотел иметь такого друга, как Аксель.

Забавно, да?

Я — учёный, кабинетный червь и лабораторная крыса, вся моя жизнь до войны — это книги и размышления. Аксель — полная моя противоположность. Он не очень хорошо образован, мало читал, не интересуется театром и совсем не разбирается в живописи. Зато хороший, любимый солдатами офицер, а ещё — бамбальеро. Представляешь?! Среди моих друзей оказался самый настоящий бамбальеро! Как выяснилось впоследствии, Аксель остановился на уровне бамбини, но для армии этого вполне достаточно.

Даже для подразделения Акселя достаточно.

Когда мы услышали, что нам придадут батальон эрсийских кирасиров из Чернарского гвардейского полка, мы ожидали кавалеристов. Ещё шутили, помню, что пропахнем навозом, а обер-прапорщик Стыро потешно изображал усатого героя на коне. Так было, что скрывать. И потому мы изрядно удивились реву моторов, сопровождавшему явление союзников. Никаких коней, одни герои.