Голод

Черт, время уходило слишком быстро, и мне нужно было понять, что с ним, чтобы вовремя спасти. Потому что я не прощу себе слез моей девочки, а она будет просто раздавлена, если что-нибудь случится.

- ГЕНРИ! – закричала Софи испуганно, когда краем глаза я увидел резкое движение в мою сторону, в последний момент, отбив руку с занесенным прутом, и толкнув в грудь этого мужика, который, издав булькающий звук, повалился навзничь на спину, захрипев, и матерясь.

И я бы не остановился на этом, с радостью разбив подобие физиономии так, что потом не помог бы пластический хирург, если бы не услышал лай собак, обернувшись.

Люси и КалЭл, стоящие с двух сторон от испуганной Софи, оскалились, и в этот момент напоминали двух волков, способных убить, и, как ветеринар, я отчетливо поминал, что они способы это сделать в считанные секунды. Но этого нельзя было допустить! Не из страха за этого маньяка, а за жизнь наших верных собак, которых потом придется усыпить, как опасных для общества.

Псы не сели рядом с девушкой, и не перестали хищно рычать и скалиться, обнажая свои клыки, но не двигались с места, когда я увидел, как в ужасе расширились глаза Сони, и она отчаянно закричала моё имя, побежав ко мне.

В ту секунду мне показалось, что мою правую руку обдало жаром.

Этот полоумный упырь решил пообливаться кипятком что ли?

Но посмотрев вниз на руку лишь доли секунды, я понял, что меня только что полоснули ножом.

Потому что рукав кофты был распорот от плеча до локтя, и алая кровь тут же проступила пятнами, которые увеличивались всё сильнее и сильнее, пока эта липкая горячая жидкость моего тела не пропитала тонкую тряпочку рукава, начав капать вниз, впитываясь в песок.

- Да твою ж мать! – прорычал я, чувствуя жуткую отрезвляющую ясность ума, когда до моих ноздрей дошел этот ужасающий запах.

И пусть эта кровь не принадлежала Сью…или Софи…она действовала на меня подобно стоп-крану, кидая на землю.

Упырь кинулся на меня снова, радостный своим недавним успехом и, занеся руку для нового удара, когда я резко выбил нож из его кулака, скрутив запястье и вывихнув его, что было силы, в обратную сторону.

Взвыв, урод повалился на колени, сыпля матами и проклятьями, а я пытался уговорить себя, не всадить этот нож ему от уха до уха, когда зверь внутри меня умолял это сделать, а здравый смысл попивал чопорно чай, соглашаясь, что эту мразь явно нужно наказать.

Приплыли блин.

Когда Соня подбежала ко мне, а вместе с ней рычащие Люси и КалЭл, в её глазах было столько паники, боли, вины и …нежности….что я растерялся, чуть ослабив свою хватку, отчего урод зашевелился, что-то захрипев.

Соне не нужно было видеть дальнейшего, и я быстро улыбнулся ей:

- Детка, я в порядке.