Его Уязвимость
- Раздевайся, - четкий приказ и взгляд холодный, испепеляющий на месте.- Это шутка, да? – теряюсь, не знаю как реагировать. Мой босс остается все таким же безучастным к моим стенаниям.- Никаких игр. Мы заключили контракт. Ты не сможешь отказаться от своих обязанностей.- Вы не имеете права!- Я имею абсолютно все, что сочту нужным. Ты моя уязвимость! И ты будешь безропотно исполнять все мои прихоти.- Найди себе другую игрушку для утех! – кричу, теряю себя, - Я никогда… не…Ухмылка искажает полные резко очерченные губы:- Приятный бонус для моей будущей жены.
Редкое умение не скатываться в высокомерие, а держать незримый пунктир корректности, присущий истинным аристократам.
– Катерина Елецкая, референт господина Каца, а это мой брат Федор, – представляюсь в свою очередь, пытаясь ответить на доброжелательную улыбку мужчины.
На вид ему больше пятидесяти. Я это считываю по убеленным сединами вискам, по бледноватому гладковыбритому лицу с немного морщинистым лбом, по тяжелому залому носогубных складок и сетке морщин в уголках глаз.
– Очень приятно, – отвечает немного манерно.
Рядом с Димитрием мало людей с живой мимикой.
– Я извещен, что вы прибудете с братом. Для него уже оборудован гостевой домик. Если молодой человек желает отдохнуть с дороги, его проводят.
Фраза, подобно ушату ледяной воды, заставляет вздрогнуть.
Что значит – для него?! Нас разделяют? Зачем?
– То есть как для брата?! Мы что, отдельно будем жить?!
Мой удивленный возглас виснет и омывается недосказанностью.
Учтивость иностранца не обманывает, внутри все бьется в агонии.
– Я должна присматривать за Федором. Он несовершеннолетний и я не могу оставить его одного! – сжав ремень сумки, быстро проговариваю и опять всматриваюсь в равнодушные глаза.
Мужчина предупредителен, но это вышколенная прислуга, которая будет исполнять любую прихоть хозяина.
Не мою.
– Все в полном порядке, мисс Елецкая. Вы будете жить с братом, но для удобства господина Каца в особняке для вас отведена отдельная спальня. В случае необходимости вы должны находиться в зоне доступа хозяина. Мистер Кац привык работать по двадцать четыре часа в сутки и все в доме подчинено его жесткому графику.
Так и подмывает спросить, под что именно я должна подстроиться?!
– Это обычная практика, мисс Елецкая.
Присматриваюсь к мужчине, пытаюсь нащупать хоть малейший намек, презрительное отношение к девочке, которую, возможно, помимо прочего, привезли также для утех хозяина, но ничего не вижу.
Пустота.
В то время, как у меня внутри пламя поднимается столбом, проносится вихрем по сознанию и бьет наотмашь.
– Кать, что происходит-то? Что он тебе впаривает?
Брат дергает в нетерпении.
А я не знаю, что отвечать.
Смеяться? Плакать? Злиться? Радоваться?
И как финальный аккорд феерической какофонии из барабанной дроби в моей голове раздается голос, который я по какой-то странной причине отличила бы из тысячи.
Властные интонации и обрывок леденящей душу фразы долетает до меня:"
"– Не обсуждается. Ты должен урегулировать вопрос в кратчайшие сроки. Сделка в пару сотен лямов. Поговори с Яном. За промах ответишь. Отчет ко мне на электронку. У тебя час. Время пошло.
Секунда. Вдох.
Выдох.
Взгляд.

















