Осень в Сокольниках

— Я одну дверную накладку нашел, Боре-художнику продал за трояк. У Витьки Киреева копеек восемьдесят было, он бутылки от молока у реставраторов спер. Выпили мы. Поспали потом у него в сторожке. Нас этот бородатый бригадир разбудил. Ругался он очень на Витьку. Говорил, выгоню, другого возьму. А кого за шестьдесят рублей взять-то? — Силин перевел дух, покосился на графин. — Попить разрешите.

Фомин налил ему полный стакан. Силин выпил его и вздохнул."

"— У нас еще копеек шестьдесят оставалось, мы и пошли к магазину на Кропоткинскую, там я Доктора и Лю-Лю найти хотел. Пришли, а их нет… Мы подшибить решили, разгрузить или что еще. Тут парень к нам подходит.

— Какой парень? — спросил Вадим.

— Сережа, он культурный такой, в брюках из вельвета, в куртке кожаной.

— Какого цвета куртка?

Силин задумался.

— Вроде как зеленая, — сказал он неуверенно.

— Вроде как или зеленая?

— Скорее зеленая. — неуверенно ответил Силин.

— А брюки какого цвета? — вмешался Фомин.

— Вот брюки точно помню — темные.

— А сколько было времени, когда он подошел?

— Часов-то у меня нет, но водкой уже не торговали.

— Ну что ж, достаточно точная хронография, — усмехнулся Вадим.

Человек, сидящий перед ним, измерял движение времени в зависимости от работы винных отделов и пивных палаток в районе. Исчисление суток для него начиналось с девяти утра, когда открывался первый «пивной шатер» в Зачатьевском, и заканчивалось закрытием винного отдела в магазине на Кропоткинской.

— Так, что дальше было?

— Он подошел, — Силин задумался, помолчал, — и говорит: здорово, мол, Петя, руку протягивает. Потом и Кирееву: здорово, мол, Виктор.

— Вы его видели раньше?

— Не помню. Он нам говорит: чего стоите? А мы ему: добавь рублишко. Он тогда портфель открыл и достал бутылку «Лимонной», говорит, дома поругался, где бы выпить? Витька ему и говорит: пошли, значит, ко мне. Мы пошли. А по дороге я Женю Тараскина встретил.

— Кто такой Тараскин?

— Сосед мой, мы работали раньше вместе. Я у него разводные ключи просил. Он мне сказал, что даст, если я ему мотоцикл отрегулирую.

— В какой квартире живет Тараскин?

— В шестой.

Фомин встал и вышел из кабинета.

Силин покосился на него и продолжал:

— Ну, потом мы в сторожку пришли. Сережа эту бутылку вынул, «Лимонной», колбасу, консервы какие-то. Мы по стакану выпили. Он достал еще одну большую, тоже «Лимонной». Я к Тараскину побежал. А как пришел, вижу, бутылка пустая, Витька спит, а Сережи нет.

— Сколько вы были у Тараскина?

— Часа полтора. Наладил ему карбюратор, он мне стакан налил. Я Витьку будить не стал, пошел домой, смотрю, дверь— то в особняк открыта… — Силин замолчал. — Закурить не найдется? — спросил он.

Вадим протянул ему сигарету, взял сам. Они закурили.