Сделка

Платье мне испортил.

Она плавным жестом оправила складки юбки и глянула кокетливо.

– Мужчины вечно все портят.

– Елена, вы признаетесь в убийстве?

– И что ты станешь с этим делать, рыцарь? – Она звонко рассмеялась. Медовые глаза вдруг показались черными. И эта чернота расползалась, затопляя и белки.

Я мотнул головой. Что за ерунда мерещится?

– Расскажешь Печорской? Или сразу – жандармам? Тебе никто не поверит… да ты и не расскажешь. Сам увяз во вранье по уши. Я ведь тоже могу кое-что рассказать одной глупышке, да? Про нехорошую сделку бесчестного графа Волковского.

Катерина тут же от тебя сбежит.

Я молчал, лихорадочно соображая, что делать. Уже понятно, что Мещерская подожгла дом в Околицах, чтобы убрать всех из пансионата и выманить меня на поле. Знала, что я побегу именно этой дорогой… выходит, следила и раньше? Елена признается в жутких вещах и знает слишком много, и мое чутье уже орет безумной чайкой. Но больше всего настораживает ее поведение. Слишком наглое. В ней нет ни капли страха. Словно меня вообще не принимают в расчет.

– Зачем вы убили Морозова?

– Он желал украсть то, что принадлежит мне. То, что я жду уже очень долго.

Невыносимо долго. Схожу с ума от вечного голода, умираю от него… Знаешь, как он терзает? – Она сделала скользкий шаг ближе, и я едва не отшатнулся. – Как мучает? Как грызет изнутри? Каждый день, каждую минуту! Как ускользает из моего тела краденое тепло? Как оно мимолетно! Я пытаюсь удержать, но оно утекает сквозь пальцы! И это больно… А Морозов был дураком. Он даже не понял, с чем связался.

– И с чем же? – Мой голос по-прежнему звучал ровно, хотя признаться, от Мещерской хотелось оказаться как можно дальше.

Она снова рассмеялась.

И вдруг шагнула так близко, что я ощутил запах ее духов. Увядающая роза… Или это не духи? Сладковатый запах тлена.

– Пожалуй, я никому ничего не скажу, рыцарь, – протянула она, заглядывая мне в глаза. – Не раскрою твой маленький секрет. А взамен… поцелуй. Всего лишь один поцелуй. Хорошая сделка, Дмитрий Александрович?

– Пожалуй, сделок для меня уже достаточно, Елена Анатольевна, – в тон ей произнес я. – Тем более – сомнительных.

Ее руки – холодные и влажные – обвились вокруг моей шеи.

– Один поцелуй, рыцарь… и маленькая глупышка с твоим кольцом в кармане ничего не узнает…

Я опешил.

Вот гадина!

– Это вы подслушивали у окна!

Подслушала, а потом бросилась в Околицу, чтобы поджечь дом и… выманить меня?

– Ты первый, кто додумался до такого, – коротко улыбнулась она, сверкнули мелкие и неожиданно острые зубы. – Пообещать венчание, умно! Кто устоит? Ты тоже хочешь украсть то, что принадлежит мне. Большая оплошность, рыцарь…"

"И не договорив, она впилась в мои губы поцелуем. С такой силой и яростью, что я на миг растерялся. Но лишь на миг.