Сделка

 – Все что угодно, только пусть он живет!

– Катя, не надо! – не выдержал я и увидел ее тень на малахитовой стене – совсем иную… А потом Полоз снова повернулся ко мне. И тело его задвигалось, медленно раскручивая огромные кольца. Освобождая мне проход. Медленное покачивание треугольной головы завораживало, текли по чешуе рисунки. Камень больше не держал меня, я сделал шаг вперед. А потом еще и еще. Полоз двигался, обтекая, оплетая меня, а я шел. Пока не оказался внутри змеиных колец.

«Шшшш… кто… за тебя… заступится, человек?»

Кто? Да вроде некому… Я молчал. А потом… потом за чешуей в свете зеленых огней вдруг увидел знакомое лицо.

Пашка Весельчак, которого моя рота потеряла в давнем бою. Рядом встала еще одна призрачная фигура – Ефим Макарыч – старшина. И Матвей, с которым я когда-то разделил последний кусок чёрствого, но такого вкусного хлеба… Они возникали за змеиными кольцами – ушедшие друзья и соратники. А потом я увидел родителей и деда, хмуро взирающего на Хозяина Кургана.

Змеиные кольца все двигались, блестели полосы. Амулет на груди наливался тяжестью. Время заканчивалось.

– Дима, – прошептала Катя, но я услышал.

Обернулся к ней, пытаясь рассмотреть сквозь блики чешуи.

«Шшш… возьму плату», – прошипел полоз в моей голове, и я… открыл глаза.

Глава 23

Миг я тупо таращился в потолок – белый, с завитками стариной лепнины по углам и над люстрой, а потом подпрыгнул и сел на кровати. Ощупал себя – ни ран, ни крови. Последнее кто-то заботливо стер мокрой тряпкой, а первое… следы от ведьминых когтей затянулись, оставив тонкие, почти незаметные ниточки шрамов.

Я свесил ноги, прислушиваясь к ощущениям. Кажется, жив и даже бодр. В голове слегка шумит, тает какое-то невнятное шипение.

Что произошло?

Я потер шею, нахмурившись. И вспомнил. Малахитовая пещера, Полоз и…

Катя!

Подпрыгнув, я вылетел в коридор и тут же натолкнулся на Добраву с подносом. Увидев меня, женщина вытаращила глаза, уронила свою ношу и завизжала так, что я едва не оглох!

– Покойник встал! Упырь!

– Да не голоси так! Живой я.

– Как это живой? – с возмущением переспросила служанка.

Я пожал плечами. Да вот как-то…

По коридору уже стучали быстрые шаги, и вскоре у двери замерла Печорская. Окинула меня быстрым взглядом и прижала ладонь к губам.

К счастью, голосить не стала.

– Катерина где? – не глядя на женщин, я торопливо пошел к своей комнате – хоть оденусь, что ли… Те почему-то побежали за мной.

– В лесу. Не вернулась. Кузьма тебе покажет дорогу.

Я покивал, влетел в комнату, схватил рубашку, куртку, револьверы. Распихал по карманам патроны и снова вылетел в коридор. К Печорской и Добраве присоединилась Ядвига. Теперь они втроем стояли там и таращились на меня.

Елизавета вдруг схватила меня за руку.

– Верните ее, Дмитрий.

Я лишь кивнул.