Сделка

Жива! Дыхание редкое и поверхностное, но сердце – хоть и едва уловимо – бьется. Видимо, Катерина потратила слишком много сил, вот и свалилась в обморок.

Краем глаза заметил движение: в темной воде скользнул длинный извилистый силуэт, а потом… на поверхности медленно показалось лицо. Макушка с белесыми тонкими волосами, лоб, покрытый чешуей, светлые, почти прозрачные глаза. С первого взгляда показалось, что я вижу обычную девушку, решившую поплавать. Но потом озёрница выползла на камень, и я увидел все остальное. Ее кожа была столь бледной и прозрачной, что светились прожилки вен, оплетающие обнаженное тело.

Вместо ушей и на ладонях виднелись тонкие перепонки, плечи и часть рук покрывала зеленоватая чешуя, оттого низ живота и бедра казались еще белее. От колен сомкнутых ног виднелся рыбий хвост.

На темной глубине озера ее можно было принять за человеческую девушку. Но лишь пока озёрница не обернется. Глаза круглые, прозрачные, вместо носа – дыры, губы тонкие и темные. А рот полон острых, акульих клыков!

Озерница выползла на камень у берега, с жадностью рассматривая Катерину и подставляя лучам солнца обнаженную бледную грудь.

Ее хвост раздраженно взбивал воду.

– Она наша почти…– Голос русалки напоминал шипение. – Оставь ее, человек, уходи прочь! Дохлая она, дохлая! Зачем явился? Сестричка будет с нами играть, слушать наши песни, заплетать наши косы… а потом спать на дне, мы укроем ее илом, оставим в корнях ивы… Наша, наша!

Во тьме озера заскользило еще несколько тел, и на камни выбрались еще две русалки. Белесые глаза смотрели с укором и ожиданием. Так вот кто тащил упавшую Катю к озеру!

Я аккуратно провел руками по телу девушки, пытаясь понять, не ранена ли она.

Длинные каштановые пряди болтались в воде, переплетаясь со стеблями кувшинок.

– Наша почти… – прошептала выползшая совсем близко озерница. – Умерла, умерла… Уходи, уходи!

Она протянула к Катиной ноге серую ладонь с перепонками между пальцев.

– Отдай…

Не выдержав, я развернулся, сделал несколько шагов в озеро и, резко схватив русалку за волосы, выдернул из воды. Озёрница зашипела- заверещала, показывая острые зубы, ее хвост истошно забил, окатив меня водой с ног до головы. Тяжеленная-то какая! А с виду кажется совсем тонкой!

– Слушай сюда, красавица, – рявкнул я.

Русалка удивленно захлопнула жуткую пасть и попыталась кокетливо стрельнуть глазами. – Если хоть кто-то из вашей братии тронет ее, – указал на Катю, – выловлю вас всех и на уху пущу.

Я приблизился лицо к щелкающей зубами морде. Ни страха, ни удивления не было, видимо, Полоз и правда что-то во мне изменил.

– Ясно?

Разжал кулак, и шлепнувшаяся в ил озёрница торопливо уползла в воду, быстро-быстро перебирая руками. Нырнула в глубину, описала круг и снова выползла на камень.