Секретарь старшего принца 3

Дарион забился, пытаясь сдержаться, не кончить прямо сейчас, но сладкий шёпот в ухо:

– Не сдерживайся…

Сорвал с него все оковы, наслаждение хлынуло от головки, захватывая за собой бёдра, всё тело. С рыком и дрожью Дарион предался этому восхитительному удовольствию, чуть стыдясь этой быстроты и боясь шелохнуться – такими острыми были ощущениями, так плотно его охватывала плоть.

Тяжело дыша, Дарион просунул между нами ладонь и выплеснул в низ моего живота исцеляющее заклинание. Он ощущал себя пьяным от желания, от этой невыносимой яркости ощущений, от того, что он взял меня и может взять ещё – у него мурашки пробежали по телу, и кровь снова прихлынула к члену.

Он хотел ещё, брать снова и снова, бесконечно – придавливать собой, обладать, изливать семя. Он сходил с ума от этих ощущений.

– Ри, ты… – сквозь сиплый рык пробормотал он, – в порядке?

Он хотел услышать голос.

– Да…

Всё внутри Дариона задрожало, он больше не мог сдерживаться и снова двинул бёдрами. Он хотел глубже, хотел погрузиться на всю длину.

– Ты восхитительна, – шептал он, чуть отодвигаясь и со следующим движением осторожно продвигаясь ещё дальше, – Ри, ты прекрасна, сладкая моя, маленькая моя, Ри…

Он хотел этого, давно хотел, и он сдерживался, чтобы не действовать торопливо и грубо, он наслаждался каждым мгновением, тем, что первый оказался во мне, тем, что его семя первым излилось в меня.

Он хотел меня так и в других позах, хотел неистово, жадно, грубо и нежно, застолбить меня всю. Его желание было таким сильным, что я в нём тонула, забывая о своём безумии…

Глава 26

Голова Халэнна лежала у меня на коленях, а он смотрел… с такой укоризной, словно осуждал за то, что он умирает, а я живу, наслаждаюсь жизнью, в то время как это я должна лежать и истекать кровью из незакрывающихся ран…

Я не хочу, чтобы он произносил последнее слово и страшное снова случилось, тянусь рукой закрыть ему рот, чтобы он молчал, просто молчал, но…

– Неспящие, – последний выдох.

Меня рассекает, разрывает на части, выжигает изнутри, замораживает, и, умирая, я захлёбываюсь криком.

Сильные руки сгребли меня, придавили к мощной груди. Вспыхнули под тёмным потолком магические сферы.

– Ри, ты в безопасности, Ри, всё хорошо…

– Халэнн, Неспящие, они… – Меня трясло, кожу снова жгло от повышенной чувствительности, и эти руки, это горячее тело рядом, простынь, одеяло – от всего этого хотелось сбежать. И волосы, длинные серебристые волосы всюду, цеплялись, попадали под руки, путались – не такие, неправильные…

– Ри… это я, Дарион, Ри, ты у меня. Всё в порядке.

Он гладил меня по волосам, спине, не позволяя отстраниться от своей широченной груди. Переживал. Волновался.