Шипы в сердце. Том первый

— Все такие ублюдочно красивые? — парирую и придаю своему тону оттенки пофигизма.

— Все такие, кому нужно показать, что они могут себе это позволить.

Его спокойствие и реальный (а не вымученный, как у меня) похуизм, обволакивают и дают моим издерганным нервам немного покоя. Если сегодня и случится катастрофа всей моей жизни — я, по крайней мере, буду красивой.

Вадим садится в машину, заводит двигатель.

Мы едем через вечерний город. Дороги пустеют, в окнах домов зажигается свет. Я смотрю на свои ладони, сложенные на коленях и никак не могу унять дрожь.

И в моменте даже не знаю, чего боюсь больше — увидеть там Викторию или, что ему будет стыдно за меня.

— Крис, — Вадим обрывает мои мысли, не отрывая взгляда от дороги. — Это просто вечер. Просто мероприятие. Просто благотворительность.

Я молчу.

— И да, — добавляет с легким оттенком улыбки в голосе. — Ты — самая красивая женщина, которую я сегодня увижу. Даже если размажешься на лестнице или съешь половину фуршета.

Я издаю разочарованный стон и закатываю глаза, потому что эйфорию от первой половины его фразы, убила вторая ее часть.

— Прекрасное напутствие, Вадим Александрович.

— Просто расслабься, Крис, — говорит уже серьезнее. — Держи в голове, что мы придем туда покупать лицемерие за очень большие деньги.

Я украдкой смотрю на него. Челюсть четкая, пальцы на руле сильные, движения уверенные. И вдруг понимаю, что он действительно ничего от меня не ждет. Ни соответствия, ни безупречности. Он просто… взял меня с собой. Как часть своей жизни.

Мы сворачиваем к особняку.

Большое здание с колоннами, ограда, охрана на въезде. Несколько машин уже припаркованы вдоль дорожки: люксовые марки, элегантные силуэты.

Вадим показывает приглашение.

Охранник, кивая, пропускает нас к входу.

Я глубоко вдыхаю, крепче цепляюсь в его локоть.

— Последний шанс сбежать, — шепчу себе под нос.

— Ты для этого явно ошиблась обувью, — ухмыляется Вадим.

И я смеюсь. По-настоящему. Выдыхая.

Интерьер зала гасит меня с первого взгляда. Высокие потолки с лепниной, мягкий свет из хрустальных люстр, скользящий по лакированным стенам и расставленным в центре зала подиумам. Фуршетные столы по периметру, безупречно одетые официанты, ровный фон живой музыки, который не давит, но подчеркивает: ты не дома, детка, даже не в ресторане, ты — в их мире.

Мой отец был далеко не бедным человеком, у меня было все, о чем может мечтать девушка моего возраста, но мир Авдеева — это совершенно другой уровень денег.

Я держусь за руку Вадима, как за поручень. Он идет уверенно, спокойно, поздоровавшись с парой мужчин у входа, кивает кому-то в другом углу. А я стараюсь не споткнуться об собственное чувство неловкости.

На нас смотрят. И это не паранойя. Женщины — на него.