Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

Сделать такой ход, после которого народная любовь вспыхнула бы как сухие щепки. Но теперь она знала о нем такие вещи, после которых глупо было оставлять в живых. В замке много рабынь — он мог выбрать любую другую, хоть ту, что висела под потолком. А эта… Эта видела его слабость. Видела перекошенное похотью и жестокостью лицо, сведенные скулы. Он бегал за ней по своему особняку, как жалкий простолюдин за соседской дочкой с членом наперевес. Глупо. Ей предстоит отдать за это жизнь. Сколько всего можно было бы сделать с ней в этом случае… В воображении предстали темные и грязные мысли.

Раньше Даримора овладевала его разумом на пару часов и это выражалось лишь в дурном настроении. Он некоторое время и не замечал влияния, думал, что нервничает после посещения этого жуткого места. Любой бы нервничал, учитывая какими концертами Темная встречала правителя каждый раз.

Первый случай был с Меридит. Тогда они провели вместе безумную ночь. Похоть владела им, заставляя брать давно нелюбимую жену раз за разом. Затем желания стали мрачнее. Хотелось грязи, потом жестокости, потом крови. Диту он больше не трогал, ей на смену пришли доступные девушки.

Именно тогда он узнал, что прикасаться к рабыням в таком состоянии опасно. Магия Дариморы и рабское зелье контактируя, превращались в адское сочетание.

Теперь он не мог сказать, сколько им будет владеть похоть и ярость. День, два, три?

Айдвариан хотел уйти от Лании. Намекнуть ей закрыться не в клетке, а в самой камере и отдохнуть. Чем больше пройдет времени от визита к Темной, тем лучше он будет держать себя в руках, тем меньше границ преступит. Но девушка манила его. Привлекала и будоражила.

Она с самого начала была личностью и, скорее всего, достойным человеком.

Надо было лучше позаботиться о ней. Нельзя было отправлять в особняк, надо было дать себе время отойти от влияния ведьмы.

— Что со мной будет? — спросила Лания, закончив с едой.

Пища была очень вкусной, лучше всего, что она когда-либо ела. Девушка прилегла на кровать, думая, провоцирует этим лорда или нет.

— Ничего хорошего, — ответил Айдвариан. — Я пытаюсь держаться, но ты для меня… Я чувствую к тебе ярость, похоть, страсть.

Он промолчал, что мог бы найти другую женщину и с ней снять напряжение.

С другой было бы проще — не было бы магического фона замка Дариморы, не было бы необходимости избавляться от нее во имя молчания.

К тому же, с Ланией он мог позволить себе все. Мог резать ее, пытать, бить до кровавых полос, насиловать, разрывая плоть…

Никогда лорд не хотел подобных вещей, а сейчас мечтал об этом. В очередной раз он лживо поклялся не переступать порога замка, усилить дозу яда, чтобы Темная не могла выдавать пророчеств. Пусть вся магия уходит на поддержание жизни.

Девушка устало вздохнула.