Сбежать от Питбуля и Булочки

На этом наша похожесть заканчивается. Она старше, отшлифованней, уверенней в себе. Каблук у неё шпилька, сапоги и сумочка брендовые.

Зато у меня Питбуль и кольцо от него! А у неё какая-то женщина рядом и участковый. И неожиданно я вспоминаю, где эту женщину видела. Это социальный работник. Когда бабушка умерла, мне не было ещё восемнадцати. И они помогали с документами на квартиру.

А социальный работник — это по душу Ариши! Другого повода нет.

Торможу первый рефлекс захлопнуть перед их носом дверь. Богдану нужна её подпись. Она об этом знает. И не зная, что ещё говорить, я снова превращаюсь в испуганную крольчиху, панически заглядывая ко всем по очереди в глаза.

— Верни мою дочь, я подпишу Дану согласие.

— Нет… — неуверенно качаю головой.

— Ну какой смысл, мы же всё равно сейчас заберём! — злится Марина. — Ты же никто!

— Мама… — прижимается к моей ноге Ариша. — Пусть уходят.

Марина изящно присаживается. Чуть заискивающе улыбается.

— Привет, Ариночка, помнишь маму.

Моё сердце бьётся от беспомощности."

"— Уходи! — втыкается носом Булочка мне в ногу.

— Иди сюда… — подзывает пальцами. — Я мама твоя. Я очень по тебе скучала.

Булочка не реагирует. Я крепко держу её за капюшон, мне страшно, что она вспомнит.

— Да заберите моего ребёнка у неё! — психует Марина, поднимая взгляд на полицейского.

Тот, наклоняясь, протягивает руки вниз.

— Как дам! — лупит его лопатой по лицу Булочка. — Лося обгонишь!

Он удивлённо подаётся назад. Очухавшись подхватываю её на руки, крепко прижимая к себе.

Она так сильно обхватывает меня за шею, что чувствую удушье.

— Отдайте ребёнка, Агния, — начинает уговаривать меня соц работник.

Как же я могу её отдать??

Из моих рук начинают тянуть ребёнка. Булочка громко пищит, я делаю шаг назад, под защиту собак.

Они с лаем высовывают морды в двери. Отступаю чуть дальше.

— Идиотка… — злится Марина. — Ну перестреляют этих собак, ребёнка же всё равно заберут! Он мой! А тебя за похищение привлекут!

За их спинами тормозит знакомая машина. Гера!

— Что происходит?! — вмешивается он.

Они что-то обсуждают.

— Беги домой, — отпускаю на ноги Булочку.

— Неть! — вцепляется снова крепко за ногу.

Через двадцать минут разборок Гера заходит к нам, закрывая за собой дверь. Удрученно смотрит мне в глаза.

— Она мать. Всё равно заберут. Завтра приедут, усыпят с ружья собак и отберут ребёнка. Надо было отдать!

— Нельзя отдавать детей!

— Ох…

— Помогите нам, пожалуйста, — реву я.

— Чем?

Чем… Чем… Чем…

— Я сейчас соображу, — пытаюсь включить мозги.

Мы уходим в дом. Гера хозяйничает на кухне, делая нам чай. Я сижу в шоке на диванчике. Ариша у меня на руках.

— Ты меня не отдашь?

— Нет!

— Где папа? Он им петель всем даст! — сердито.

— Папа немного заболел, — срывается мой голос.