Черный меч царя Кощея

 — Дык милосерднее будет здесь же подушкой придушить!

— Душить будете вы или Митя?

— Тьфу на тебя, участковый, — надулась Яга, а лежащий пластом дьяк наконец-то подал голос:

— Не убивайте меня, злыдни милицейския-а! Я вам пригожусь!!!

Мы трое почти синхронно хлопнули себя по лбу. Судьба-индейка вновь взяла в руки краплёную колоду, а мы вынуждены играть выпавшими картами. По идее, пригодиться гражданин Груздев мог только для одного — неравноценного обмена на любую из пленниц.

Правда, для того чтобы прельститься тощим дьяком, Змей Горыныч должен был бы быть полным идиотом, но с богатой фантазией. Учитывая, как мало мы о нём знаем, случиться может всякое. Вдруг он как раз таки любит сгрызть тощего немолодого мужчину под пиво, вечерком, со скуки?

— Митя, свидетель поступает под твою охрану. Беречь, но не лелеять. Кормить, но не баловать. Трясти, но не взбалтывать. Выгуливать только на поводке. Вопросы?

— Может, мне потом за работу энту адову какая-никакая премия в конце года будет?

— Не наглей.

— Понял, исполняю. — Обиженно поджав губки, наш младший сотрудник рывком поднял дьяка с лавки. — Вставай, арестант, чего разлёгся?! Метлу в зубы и давай вона порядок наводи. Чтоб через полчаса у меня вся изба блестела!

— Со всяческим моим смирением диктату Навуходоносорову подчиняюся, — мелко перекрестился наш незваный гость, с хрустом выпрямил спинку и бодренько приступил к уборке.

Кстати, это правильно, эффективность трудотерапии ещё никто не отменял.

Пока мы с бабкой строили хотя бы приблизительные планы возможного диалога с Кощеем, наш младший сотрудник впервые ощутил весь кайф полноты власти над безотказным подчинённым!

Дьяк буквально порхал по всей избе, наводя такой лоск, что просто не нарадоваться. Задним умом я прекрасно понимал, как всё это он нам десять раз припомнит в своё время: и жалобу напишет, и счёт выставит по полной программе. Но это же потом когда-нибудь, если ещё доживём, правда?

А сейчас пусть трудится, не всё ему милиции кровь портить, пусть отрабатывает свой проезд и кормёжку…

— Сколько нам ещё до Лысой горы?

— Дык не особо далеко. Думаю, до заката на месте будем.

— Бабуль, а как вы вообще представляете наш визит к Кощею? Глава Лукошкинского отделения милиции пришёл к главе самой крупной преступной группировки с предложением посотрудничать…

— Чего ж сразу нет? Ить когда его Карга-Гордыня достала, так он тебе первым в ножки поклонился. И ничего, не сломалась спина. Так вот и нам надобно гордость в карман упрятать да и перетереть по теме.

— Вообще-то это уголовное выражение.

— Так мы к уголовнику и идём! Стало быть, придётся тебе, соколик, на его языке разговаривать.

Я криво улыбнулся и ушёл в прострацию. Отношения с гражданином Бессмертным у нас были не особо дружественные.