Доктор Барченко (СИ)
Роман-лабиринт о мистике и писателе Александре Барченко (1881-1938), сотруднике "оккультного" отдела ОГПУ/НКВД Сейчас бы это назвали - байопик, но я таких слов не знаю
- Доберутся солдаты до родных сел, и все спокойно станет - говорила Наталья, вот увидишь!
- Давно уже пора! Выйти за керосином страшно!
- Тамка, а кто такие большевики? - полюбопытствовал Барченко.
- Отколовшаяся группа радикальных социалистов - объяснил ассистент.
- И чего они хотят?
- Того же, что и все: власти, крови, денег.
Мы очнулись в абсолютно чужом и незнакомом мире - позже напишет он.
Дом, где семейство снимало квартиру, национализировали, хозяев расстреляли в ЧК. Арендаторов поздним вечером солдаты в серых шлемах с алыми пентаграммами швырнули с пожитками в снег.
Послушник в оранжевом одеянии неторопливо раскладывает по кругу крупицы разноцветного песка. Еды не было, постоянного пайка Барченко не получал. Ламы из жалости подкармливали его.
Пригород Петрограда. Везет на детских саночках мешок муки, не уронить бы. Метель - злая, колючая, завывает раненым зверем. Откуда же эти большевики взялись? Хотя нет, постойте, я давал рекомендацию для розенкрейцеров одному мальчику, Глебу со смешной фамилией Бокия, и он что-то такое упоминал.
Мешок свалился с санок и плюхнулся в снег. Барченко молча поднял его."
"- Неужели так пусто, ужасающе бессмысленно пролетят годы, отданные - вместо поисков и экспедиций - банальному выживанию?!
Какие он строил планы! Если порыться в блокнотах, на начало 1920-х Александр намечал поездку во Внутреннюю Монголию, Лапландию и Крым.
Оставалось одно: учиться, что он и делал все смутные годы, совмещая занятия с посещением петроградских оккультных кружков. Читал перед собравшимися бывшими ""господами"" в драных пальто, в вылезших шубах, облокотившись на печь, импровизированные мини-лекции самой разной тематики: связь Каббалы с арканами Таро, эволюция европейской мистики от тамплиеров до иллюминатов, влияние буддизма на православие или православия на буддизм, заимствование суфийской поэзии трубадурами Прованса и т.
Когда приходилось туго, Барченко ездил ""мешочником"" по центральным губерниям, надеясь выменять поношенную одежду, посуду и прочие хозяйственные мелочи (вроде чайных ситечек, дуршлагов, горелок-спиртовок) на продукты. Ни в Петрограде, ни уж тем более в Москве доставать пропитание и дрова было очень сложно.













