Дом в Порубежье

Под кровлей огромного зала было устроено семь Лун, горевших от Земного Тока; они ходили по кругу, имевшему шестьдесят миль в поперечнике, чтобы осветить весь Край Покоя, однако свет их был неярок, ласков и свят, и, вступая в его пределы, я всегда ощущал в сердце своем, что муж может плакать здесь, не стесняясь слез.

Посреди этого безмолвия высился холм, а на нем стоял купол, изнутри освещенный так, что его было видно во всем том краю, что звался Садом Молчания. Купол прикрывал Трещину, и внутри его во всем великолепии сиял Земной Ток, дарующий миру жизнь, свет и безопасность.

С севера в куполе были устроены ворота, к которым поднималась узкая дорога; ее называли Последней, а Ворота имени не имели, а звались просто Воротами.

И были в том огромном краю спрятаны длинные дороги, способные помочь путешественнику, были устроены беседки для отдыха, рощи, чарующие водопады. И повсюду можно было видеть памятники, таблички с именами, весь великий подземный край переполняли отзвуки вечности, воспоминаний о любви и величии. Долго можно было бродить здесь, внимая чудесам и тайнам, и потом подниматься к городам Могучей Пирамиды, очистившись и смягчившись душой и умом.

В юные годы мои, прихватив с собой пищу, я неделями скитался в этом Краю Молчания; спокойно засыпая посреди воспоминаний, я вновь бродил, ощущая покой Вечности. Душа истинного мужчины должна ощущать влечение к местам, где запечатлена память о Великих, ушедших в Вечность. Тем не менее, нечто в сердце моем всегда привлекало меня к Холмам Младенцев, невысоким горкам, над которыми в тишине и предельном покое раздавалось странное и чудесное эхо; словно маленький ребенок плакал над холмами.

Как было это сделано, я не знаю, но не сомневаюсь в умении одного из почивших творцов, забытого за давностью лет. Возле этих холмов, вблизи этого голоса сберегалась память о детях Великой Пирамиды – за тысячи веков. Иногда я встречал там осиротевшую мать – в одиночестве или в обществе подруг. Теперь из моего описания вы можете понять покой и святость великой подземной страны, отданной памяти усопших.

Сюда, в край молчания, и принесли погибших. Проститься с ними собралось, наверно, сто миллионов жителей городов Пирамиды, посчитавших нужным присутствовать на похоронах и воздать заслуженные почести ушедшим.

Те, Кто Ведал Мертвыми, положили усопших на Дорогу, шедшую к воротам, ту самую, которая называлась Последней. И Дорога двинулась, увлекая мертвых в Ворота, – первыми были несчастные юноши, за ними последовали те, кто отдал жизнь, чтобы спасти их.

И когда дорога шевельнулась, великое молчание легло на все мили края Молчания. Однако чуть погодя откуда-то издалека донесся стон, как будто бы простонал ветер, прилетевший из-за Холмов Младенцев.