Искупление 6

Мне не нравится это, мне никогда не нравилось это, и мне никогда не понравится.

Пожав плечами, он закрыл мою гардеробную дверь и повернулся ко мне. – Тогда я не знаю, что тебе сказать.

– Может быть, начнешь с того, чтобы объяснить мне, что побудило тебя вернуться по этому пути? - Я бросила это туда, уставшая от его поступков. – И даже не думай винить в этом то, что твой отец пытался сделать со мной, потому что я нашла твои запасы за день до того, как это произошло, Джо.

Он напрягся. – О чем ты говоришь?

– Я нашла пакет таблеток в кармане твоих спортивных штанов.

Он сузил глаза.

– Почему ты шаришь в моей одежде, Ифа?

Я сузила свои в ответ. – Я не шарила в твоей одежде. Я искала, что бы надеть. Но, что более важно, почему они были там в первую очередь, Джозеф?

– Эти таблетки не были мои.

– Нет? Тогда зачем они были в твоем кармане?

– Я говорю тебе, Моллой, я не покупал их.

– Я тебе не верю.

– Ладно. - Он покачал головой и выдохнул раздраженное рычание. – Верь во что хочешь.

– Это не первый раз, когда ты мне лжешь.

– Ну, я, блядь, не лгу об этом, - злобно бросил он, затем поднял руки в знак сдачи. – Я нарушил, ладно? Я понимаю.

Я допустил ошибку. Я думал, ты закончила, и я сдался, потому что, на всякий случай ты не заметила, Моллой, мне больше нечем заниматься. В моем представлении ты закончила, и я не видел причины продолжать это дерьмовое лицемерие.

– Какое дерьмовое лицемерие? - Я потребовала."

"– То, где я притворяюсь тем, кем я не являюсь, - сказал он. – Все, что я делал, все изменения, которые я внес, я делал ради тебя. И потом ты ушла, так что я просто... - Он поднял руки в знак сдачи. – Прекратил бороться с моей природой.

– Твоя природа? - Я твердо посмотрела на него.

– Это не твоя природа.

Он пожал плечами, но не ответил.

– Так что, потому что у нас трудные времена, ты решил это использовать как сигнал, чтобы выбросить последние три месяца?

– Мой отец пытался тебя трахнуть, Моллой, - рычал он, голос хриплый. – И в твоих глазах я просто похож на него, помнишь? Я бы сказал, что это больше, чем просто трудный период.

И вот оно.

Оправдание каждого плохого решения моего парня сводилось к его отцу.

– Меня ранили, - пыталась я донести до той части его, которая была настроена на самоуничтожение.

– Меня напугали. Я была в шоке. Я была чертовски потрясена, Джо. Я не имела в виду ни слова из того, что я сказала тебе той ночью, и ты это знаешь, так что перестань пытаться заставить меня чувствовать себя плохо из-за этого.

Он дрогнул, как если бы я ударила его. – Если ты меня знаешь, и ты, вероятно, единственная, кто меня знает, то ты знаешь, что я бы никогда не сделал тебе такое, - вырвалось у него, выглядя обиженным. – Я заслуживала твоей боли той ночью. Я чертовски заслуживал всего, что ты мне сказала и даже больше.