Князь

– Тебе таскать, – не стал спорить боярин. – Ну, все собрались? Тогда пошли!

Возле ворот восьмерых мужчин ждали лыжи – широкие, охотничьи, в две ладони шириной, и сани – самые обыкновенные, но со снятыми оглоблями. Вместо лошади их за специальные постромки поволокли за собой четверо холопов, побросавших поверх сена свои рогатины. Андрей, глядя на это, немного поколебался, но все же оставил бердыш при себе.

Скатившись по склону, они повернули влево, к озеру, прошли по одной из «перекладин» огромного креста и поднялись в тихий сосновый бор. Новик начал понимать, что отправились они на охоту.

Но вот что за зверь такой, которого нужно брать в доспехе и рогатиной? В голову почему-то лезли только крестоносцы. А спросить нехорошо. Он все-таки барчук почти взрослый – должен и сам знать.

Волоча за собой сани, охотники пробирались через бор часа три и прошли примерно столько же верст. Время от времени путь их пересекали то лисьи стежки, то парные отпечатки улепетывающего зайца, то вспаханная кабанами полоса. Но ничто не отвлекало мужчин от целеустремленного движения, пока смуглый, чуть раскосый Мансур не вскинул руку:

– Здесь! Вон она, под корнями.

Холопы тут же разобрали рогатины, выставив их в сторону поваленной сосны. Новик тоже скинул бердыш, ухватил под косицу, хотя пока ничего, кроме большого сугроба под сосной, не видел.

– Белый, давай его… – кивнул боярин.

Пахом подскочил к сосне, вскинул рогатину над головой и опустил ее в небольшую черную дыру на макушке сугроба. Несколько раз потыкал, поворошил, выдернул, отбежал в сторонку. Немного подождал. Ничего не происходило.

Он опять приблизился к дыре, ткнул в нее рогатиной – и тут сугроб взорвался! Холопы выставили копья.

Из клубов снежной пыли раздался грозный рев, и выскочил немалых размеров бурый колобок. Увидев людей, он развернулся, встал на задние лапы, опять злобно зарычал."

"И тут боярин кинулся прямо на него, ударив плечом под горло и обхватив руками за грудь. Медведь тоже сцапал человека в объятия, заклацал челюстями, навис всей массой. Но Лисьин, расставив ноги и напрягшись, повалить себя не давал. От натуги тулуп на спине лопнул, пополз в стороны, под ним блеснуло кольчужное плетение. Когти зацепились за него, доспех ощутимо натянулся, но выдержал! Бурый снова зарычал, клацнул зубами – плечо человека под подбородком не давало ему опустить морду и вонзить во врага клыки.

Борьба – сила на силу – продолжалась с минуту. Медведь немного накренился набок – или начал заваливать вправо Василия Ярославовича, – опустил переднюю лапу, опираясь ею о землю. Боярин тут же поджал руку, выдернул косарь и вогнал его зверю под ребра. Снова послышался рев – но угрозы в этом рыке уже не было. Зверь тяжело откинулся и мелко задергал лапами.