Князь

Пока он даже не мог объяснить — почему. Может, потому, что старания пленника явно шли на пользу татарам — халатами просто так никого не награждают. Интересы же Османской империи и Русского царства не совпадали практически ни в чем. Тот, кто приносит пользу здешним правителям — без сомнения, вредит Руси. И наоборот.

— Нечто тебе так хочется на хана Девлет-Гирея посмотреть, Андрей Васильевич? — Гость сделал еще несколько глотков вина, взял щепоть орешков, кинул в рот. — Так тебе, мыслю, ему голову срубить куда как больше хочется, нежели льстить, кланяться и упрашивать.

А ведь, коли не льстить и не упрашивать, ничего в Бахчисарае не добьешься. Уедешь, княже, с пустыми руками. Токмо времени потратишь несчитано. Приема ханского месяцами ждать приходится.

— Ладно, давай список, — решил Зверев. — Гляну, чего там получилось, а уж потом решать станем.

— Кабы знать, чего ради ты прибыл, с собой бы взял, — вздохнул боярин. — В светелке моей свиток остался. Давай завтра принесу, после второго намаза?

— Ты уже в намазах время измеряешь, боярин? — удивился князь.

— А как иначе, Андрей Васильевич? Муэдзины с минаретов орут, что ишаки бешеные, всем в округе слышно.

Очень удобно часы отмерять.

— Завтра так завтра. — Зверев опрокинул в себя еще кубок и наконец-то ощутил, как, оглушенная алкоголем, отступает перемешанная с бессилием и ненавистью нутряная боль. — Если списка с собой нету, тогда пей.

— Твое здоровье, княже! — поднял кубок боярин Грязный, выпил до капли, крякнул, закусил курагой. — Отец Георгий сказывал, письмо у тебя для меня имеется?

— Совсем забыл, — хлопнул себя по лбу Андрей. — Прости, боярин.

Он снял с шеи ремешок с ключом, открыл сундук, достал переданную дьяком Висковатым грамоту, протянул гостю.

— Благодарствую, княже. — Василий Грязный развернул свиток у окна, прочитал, шевеля губами, кивнул, пару раз перекрестился: — Ну, слава Богу. Государь пишет, жене моей жалованье за службу передать велел и исполчения покамест с именья не требовать. Ну, и попрекает опять, что глупо в полон попал. Давай, Андрей Васильевич, выпьем за царя нашего. Счастлива Русь таким правителем.

— Давай, — согласился Зверев, в очередной раз наклоняя бочонок, и снова вспомнил о государевых поручениях: — Ты здесь не первый год, боярин.

Скажи, ты видел у него карту Крыма? Такую, чтобы города, крепости и дороги обозначены были.

— Кому здесь нужны карты, княже? — пожал плечами гость. — На севере до самых гор степь, там дороги ни к чему. В любую сторону скачи, никаких хлопот. Городов и крепостей там все едино нет, ехать некуда. Все крепости на берегах, у бухт среди гор стоят. Инкерман, Кафа, Балаклава, Керчь, Судак. Евпатория еще… Купцам они ведомы все до единого. Дороги же меж ними узкие и плохие. Горы округ.