\

Вообще, была надежда, что кабан немного постоит возле деревьев, поймет, что толку от нас никакого, и благополучно уберётся прочь. Но кабан думал иначе. Эта наглая сволочь стояла там, внизу, и страшно, многообещающе фыркала. Причем, его маленькие глазки неотрывно следили именно за Андрюхой, который висел на дереве, боясь даже пошевелиться.

Я же проклинал эту охоту, этого долбаного кабана, который, как ощетинившийся динозавр, злобно пыхтел внизу. Проклинал Матвея Егорыча который, втянул нас в очередную авантюру. В итоге поклялся самому себе, что ни на какую охоту я больше не пойду! А так же на рыбалку, за грибами или просто прогуляться в лес.

Если эта идея исходит от деда Моти.

Не успел додумать до конца свою мысль, как ветка, на которой, словно большая ёлочная игрушка, висел Переросток, громко хрустнула."

"Кабан на это внимания не обратил. Он заметил разложенную на скатерти еду и спокойно пошел к ней. Буквально через минуту мохнатая сволочь уже в наглую жрал остатки нашего пикника.

Ветка хрустнула ещё раз. Андрюха тихо матернулся, и в следующую секунду рухнул вниз. Практически зашёл к врагу с тыла.

Братец понял, что дважды ему подвиг с мгновенным подъемом на дерево не повторить, поэтому сделал то, чего не ожидал никто из нас.

Особенно, кабан. Переросток схватил валявшийся неподалёку костыль и с криком раненного медведя бросился на секача. Я не знаю, бывали ли раньше подобные случаи, но в тот день копилка охотничьих баек пополнилась новой историей. О том, как Андрюха, прыгая на одной ноге, лупил кабана этим костылем так, что во все стороны летили шерсть, ошмётки грязи и даже, по-моему, части костыля.

Глава 24: Об азартных спорах и веселых конных прогулках.

Ефим Петрович смотрел на нас тяжёлым, мрачным взглядом. В этом взгляде было столько тоски, что невольно становилось участкового жаль. ""Господи, где же я так нагрешил?""— вот что большими буквами было написано в его глазах. В каждом глазу — по вопросу.

Мне кажется, Ефим Петрович испытывал огромное желание изобразить, будто он ни деда Мотю, ни Андрюху, ни, само собой, меня, вообще не знает, видит впервые и сейчас попросит свалить всех к чертовой матери, чтоб больше никогда и не видеть. Участковый даже несколько раз набирал воздуха в грудь, собираясь что-то сказать.

Подозреваю, именно это. Мол, идите-ка вы, товарищи, как можно дальше. Адрес своего конечного путешествия можете не сообщать.

Однако, чувство ответственности и профессионализм оказались сильнее.

— Так… Значит ты, Матвей, решил, что это летит не утка, а коршун, который хочет поймать бегущего по полю зайца. Верно я понимаю? — Участкового от того бреда, который он сейчас произнес, буквально перекосило.

— Так точно. — Моментально оживился Матвей Егорыч, — Все оно было ровно один в один, как говоришь.