\

— Ефиму Петровичу слушать этот откровенный бред надоело. — Ваше счастье, что гражданка Маслова не стала писать заявление. Коза на месте, Василий, в убийстве которого ее подозревали, тоже цел и невредим. Сильно кстати удивился, когда шел с работы, а от него врассыпную шарахались местные. Но…

Участковый многозначительно замолчал и обвел нас тяжелым взглядом.

— Теперь к работам на погосте добавится еще одно. Забор гражданке Масловой почините лично. Ясно? И насчет поездки в Москву… Не уверен, что вас можно туда отпускать. По крайней мере, всех вместе. По одному вы еще хоть как-то можете существовать.

Но стоит собраться в кучу, начинается черти что.

Мы молча сопели. Особенно Матвей Егорыч. Для него олимпиада была крайне желанной целью. Но дед Мотя благоразумно решил не спорить. Сейчас. Выждать, так сказать, паузу.

Участковый велел нам собираться и валить с глаз его. Пока он еще держит себя в руках.

Мы, собственно говоря, сделали это с огромным удовольствием. Тем более, предстояло еще забрать лошадь деда Моти. Ее в полях разыскал тот самый кум, у которого мы в свое время брали самогонный аппарат.

Когда вышли на крыльцо отдела, то первым человеком, которого заметили, оказалась Аллочка.

Она приехала вслед за нами, похоже. Но самое главное, бросилась героиня этой истории не к Переростку. Она подбежала к Сереге. Начала его расспрашивать, особенно про состояние здоровья. Мол, не болит ли чего. Не кружится ли голова. На Андрюху моя родная мать кидала гневные, осуждающие взгляды. Для нее он так и остался коварным похитителем коз.

— Ладно, ребят… — Отец отошел от Аллочки и приблизился к нам. Мы стояли неподалёку, соображая, как нам добраться до Квашино побыстрее.

Можно, конечно, ждать автобус. Но это теперь часа два.

— Пойду я. Вон, Аллу провожу. Чтоб ей одной не сидеть на остановке. Волновалась за меня, говорит. Сильное впечатление на нее произвело то, что я так решительно заступился за их Машку.

Отец сурово посмотрел на Андрюху, пожал руку мне, деду Моте и опять двинул обратно к Аллочке.

— Ну, да… Теперь он точно герой. Алка твоя глянула, наверное, и подумала, раз парень готов жизнь за козу отдать, уж за ним точно ничего не страшно. — Усмехнулся Матвей Егорыч и пихнул Андрюху локтем в бок."

"А я, честно говоря, был доволен тем, что пусть через задницу, пусть не совсем так, как хотелось, но своего один черт добился.

От здания отдела удалялись мать и отец. Шли они рядышком, держась за руку.

Глава 13. О борьбе за нравственность и настоящей любви.

— Доволен? — Я посмотрел на братца, который всем своим видом демонстрировал вселенское счастье. Он только что не приплясывал на месте, озаряя светом своего довольного лица окрестности.

Просто мы решили, раз уж оказались в Воробьевке, избавить Андрюху от тяжкого груза.