Красная роза печали

Сотрудники маялись и все время убегали покурить на лестницу, жена и остальные родственники (не биологи) боролись с подступающей тошнотой. Остановить Римму не представлялось никакой возможности. После ее ухода в семье разгорелся скандал. Жена Земляникина утверждала, что увлечение работой тут абсолютно ни при чем, что Римма делает все нарочно, исключительно по вредности характера, и что ей, жене, со стороны виднее. В общем, сегодня Сергей Аполлинарьевич озабочен только тем, чтобы Римма не прослышала, что он приглашает гостей, и не заявилась собственной персоной или, еще того хуже, не поняла, что ее не хотят видеть, и не затаила бы обиду. Этого-то Сергей Аполлинарьевич боялся больше всего.

Сотрудники, посвященные в сложную проблему, разбрелись по кабинетам и усиленно делали вид, что работают. Римма пребывала в своем кабинете в обществе банки с цепнем, и младший научный сотрудник Леночка Мохеровская с кафедры козоводства не раз уже подбегала к ее двери, цокая каблучками, и подсматривала в замочную скважину."

"Рабочий день близился к концу. Надо решаться. Земляникин до ужаса боялся Римму Петровну, но в данном случае жену он боялся больше, да и не хотелось портить всем праздник. Профессор решился:

– Выходим по одному, в коридоре больше двух не собираться!

Перешептываясь, как дети, сотрудники на цыпочках устремились к выходу под неодобрительным взглядом сторожа Васильича. Васильич Римму сам терпеть не мог, но делал вид, что ни капельки ее не боится.

Земляникин позвонил жене, шепотом сказал ей, что едут, потом запер кабинет и вышел. Проходя мимо двери с раздававшимся оттуда стуком пишущей машинки, он замедлил шаги, потом махнул рукой и почти побежал к лифту, столкнувшись по дороге с Васильичем.

– Ну, ни пуха вам! – крикнул тот на прощанье.

И уже входя в лифт, профессор услышал, как звякнуло ведро, хлопнул себя по лбу и побежал по коридору.

Худая, изможденная женщина мыла пол. Вот она устало облокотилась на швабру, и тут на нее наскочил профессор Земляникин. Обнял ее за плечи и зашептал на ухо:

– Анна Давыдовна, голубушка, да бросьте вы ваши ведра-тряпки хоть на один вечер! Поедемте ко мне. Все у меня сегодня собираются. Посидим, повспоминаем, отвлечетесь…

– Спасибо, Сергей Аполлинарьевич, – слабо улыбнулась она, – да разве ж я могу работу бросить? Кто же за меня ее сделает? А если не уберу, то меня запросто выгонят. Так что желаю вам хорошего вечера…

Тень набежала на радостное лицо профессора, но он отогнал ее, похлопал уборщицу по плечу и был таков. Анна Давыдовна поглядела ему вслед и очнулась только от окрика Васильича:

– Ты чего это, Анна, стоишь тут?

Она торопливо продолжила свое дело. Скучающий Васильич ходил за ней по пятам, тушил свет и проверял запоры на дверях кабинетов.