Льдинка
Как весело мчаться по заснеженной тайге на быстрых снегоходах! Молодых людей вовсе не пугают плотные тени деревьев, и глубокие снежные заносы, и кромешная тьма вокруг, и даже то, что куда-то вдруг пропала дорога, а мобильный телефон не находит сеть. И даже когда заглохли моторы, парни и девушки не потеряли присутствия духа и пошли по мрачному лесу пешком. Но что за избушка попалась им на пути? Домик лесника? Или приют? Что бы ни было – здесь можно заночевать, благо, в доме оказалась печь и даже дрова. Прочь дурное предчувствие! Кто осмелится обидеть таких здоровых, веселых и смелых молодых людей? Вот только зря они открыли крышку погреба и заглянули в подпол, где в глухой тишине застыла вязкая, бездонная чернота…
Правда, никто из них не оглянулся на чилийскую зимовку, хранящую в себе страшные находки.
Долгое время все шли молча, потом Тима спросил:
– Дильс, можно нескромный вопрос?
– Валяй, – отстраненно сказал Дильс.
– Как я понял, Злата отговаривала тебя, так? Она что, предвидела эту ситуацию?
Дильс ответил не сразу, натужно сопя и очищая усы от налипшего снега, потом все же ответил:
– Да, если можно так сказать. Это не раз спасало ее на войне. Скажу больше, так уж и быть.
Дильс говорил, не замечая, что Аммонит незаметно пристроился рядом и жадно ловил каждое его слово.
"– …Никогда не забуду наш поход в Закавказье два года назад. Мы были в Абхазии, в Новоафонских пещерах. Тогда нас было семеро – я, Злата, Артур, Костя и еще трое моих друзей, двое из них мои бывшие сослуживцы (альпинисты) и один профессиональный пловец. И если бы не Злата, страшно подумать, что было бы с нами. Мы залезли в такие дебри, что по сравнению с ними Тесей со своей нитью Ариадны в лабиринтах тихо покуривает в уголке. Несмотря на то, что местные старожилы отговаривали нас от спуска в неисследованные лазы (они были помечены специальными значками), я, признаться честно, заупрямился как осел, и никто не мог меня переубедить.
– Разве такое возможно? – не поверила Яна.
– Возможно, – подтвердил с видом знатока Аммонит. – В этих лабиринтах очень легко заблудиться. Кто знает, может, он умер от голода или одичал и до настоящего времени шастает по подземным галереям, питаясь улитками и слепыми рыбами?..
Дильс поджал губы.
Вскоре они вышли на место, где вчера разделились на группы.

















