Ведьма и тьма

Они были больше обычных мелких записок, которые пересылали ему с почтовыми голубями, а развернув, он увидел, как убористо они написаны. Он мгновенно узнал почерк.

Серые зимние сумерки не давали достаточно света. Калокиру пришлось отойти в дальний конец галереи, где горел факел. Начал читать – и плечи его поникли. Он пробежал наскоро одно послание, затем другое. Опять перечитал оба. Потом растерянно взглянул на застывшего в стороне слугу.

– Ты ознакомился с содержанием, Иов?

– Во имя Отца и Сына, – перекрестился тот. – Вы сами велели читать их и, если срочное что, отправить к вам гонца.

Но кому я мог доверить такое! Слава Всевышнему, вскоре пришло известие, что вы с войском архонта русов сами прибываете в Плиску. Но, господин мой… Что же это творится!.. Как теперь быть?

– Ступай, – велел Калокир. – Мне надо подумать.

Слуга пошел прочь, лишь единожды оглянулся на оставшуюся открытой дверь, что вела в покои темной варварской женщины. Иов знал, как много она значит для его господина, и если сейчас она вмешается… Вон она уже идет, ведьма. Растрепанная, как блудница… Которой она и является…

Иов не смел задерживаться, но слышал, как господин сказал подоспевшей чародейке:

– Оставь меня сейчас, Малфрида.

Мне надо побыть одному.

– Плохие вести?

– Говорю же – оставь меня!

Его голос звучал резко. Малфрида лишь пожала плечами и вернулась к себе. Но дверь не прикрыла. Калокир застыл в конце галереи, сгорбившись, опустив голову. Ей стало жаль его. Обнять бы, приголубить… Но не осмелилась. И это она, ведьма Малфрида, не боявшаяся ничего на свете! Но была ли она сейчас ведьмой? Где-то в глубине кольнуло: еще утром, забавляясь, зажигала и гасила свечи одним усилием воли, гадала по стоячей воде в бадейке, даже углядела там своего ромея… пока его образ не сменил какой-то старик с повязкой на глазах.

Малфрида даже хотела поведать о столь странном видении Калокиру, но сейчас ему, похоже, не до того.

Да, полюбившись с ромеем, она опять стала обычной бабой. И должна ждать, когда он соизволит позвать. Судя по тому, как он замер, как сник, полученные вести таковы, что не скоро и позовет. Вон как сурово велел: оставь!

Малфриде стало грустно. Но ничего, милый, рано или поздно ты вернешься.

Она-то знала, как его к ней тянет. Куда же еще он придет искать утешения и совета? Сам обо всем поведает. Или не поведает?"

"И ей вдруг стало любопытно: что там, в полученном Калокиром послании? Чарами она бы и так все вызнала. А без чар?

Глава 10

Калокир не знал, ушла Малфрида или стоит неподалеку, – он просто забыл о ней. И думал только о том, как ему теперь быть. Казалось, он все предусмотрел, всегда на шаг предвосхищал события и был готов к любым переменам.