Мир Аматорио. Исчезнувшая
КИМБЕРЛИ Кэш Аматорио – друг моего детства. Раньше он сочинял для меня сказки. Однако мы выросли, и магия прошлого исчезла. Теперь Кэш высокомерный и наглый. Теперь он безумный и не знает границ. Мой отец не велит мне к нему приближаться. Но слишком поздно. Я нарушила запрет и увидела в Кэше сторону, которую он пытается ото всех скрыть. Но только не от меня. Я увидела, что он не тот монстр, каким хочет казаться. В то время, когда настоящий монстр совсем рядом. Он дышит в затылок и готов напасть в любую минуту. КЭШ Кимберли Эванс – милая и невинная. И она явно заслуживает того, чтобы стать моей очередной игрушкой. Но я не подозревал, что в моем темном сердце еще осталось что-то светлое к девочке, которая когда-то просила называть ее принцессой. Но в тот момент, когда я понял это, было слишком поздно. Я совершил ошибку, позволив хищнику напасть на мою принцессу. И цена моей ошибки оказалась непомерно высокой.
Но перед моими глазами появляется Ким.
Моя Ким."
"Я не верил в любовь с первого взгляда. Но когда она впервые вошла в мой дом и улыбнулась, мои чертовы ноги превратились в желе. Я с трудом сохранил вертикальное положение, пока Стив что-то болтал о том, что девчонки созданы для того, чтобы портить им кукол, и смотреть, как они плачут над испорченной игрушкой.
В случае с Ким, я готов был довести до слез моего лучшего друга. Я готов был на все, чтобы моя принцесса не плакала. Всю свою гребаную жизнь я стремился ее защищать.
Но одному подонку удалось добраться до нее и причинить боль…
Из моих глаз текут слезы.
Я выбираюсь из ямы, бросив его тело. Десмонд идет рядом со мной, и я чувствую, как он на меня смотрит. Но мне нечего ему сказать. У меня нет слов.
Но я знаю, что после того, как Блаунт окажется мертв, я не смогу вернуться к прежней жизни. Этот ублюдок оторвал огромный кусок от моего сердца, когда причинил боль Ким. Я уже никогда не буду целостным. Как и моя принцесса.
Глава 30 «Я помню»
Кэш
– Все факты записаны у меня в дневнике. А пока довольствуйтесь тем, что вы победили.
Я читаю вслух последнюю строчку, закрываю книгу и кладу «Этюд в багровых тонах» на прикроватный столик. Одной рукой держу ладонь Ким, а другой осторожно поправляю на ней больничное покрывало. На мгновение ее длинные ресницы трепещут.
Я внимательно смотрю на нее в ожидании, что Ким проснется. Но она по-прежнему спит.
Ранее доктор сказал мне, что ее состояние стабильно. Ким будет готова к выписке через неделю или около того.
Меня всего трясет от осознания, что невероятная и прекрасная девушка, которую я люблю, еще долгое время не сможет вернуться к нормальной жизни. Я смотрю на губы с запекшейся частичкой крови. Смотрю на лицо, отекшее от ударов. Смотрю на шею, где потемнели синяки, и чувствую себя так, словно в мой живот воткнули охотничий нож и вспороли меня.
Блаунт недостаточно заплатил за ее страдания.
Если бы у меня была такая возможность, я бы повторил все, что сделал с этим ублюдком еще раз. И еще. И еще. И еще, пока он окончательно не сдох на моих глазах.
Но уже поздно. Случился полный пиздец. Я не могу подобрать других слов, чтобы описать то, что произошло сегодняшним утром.
К нам домой явился Блаунт-старший и сказал то, во что я до сих пор отказываюсь верить.
Его сыну удалось выжить.
Блаунт-старший признался, что у этого куска дерьма под кожу был имплантирован чип с GPS-трекером.














