Мой театр. По страницам дневника. Книга II

Хожу и думаю – что делать?

В коридоре встречаю Юрия Николаевича, тот сухо: «Здрасьте», отводит глаза. Григ никогда в жизни со мной так не здоровался. Понимаю, что его уже против меня накачали. Подошел к нему во время прогона на сцене, он один сидел: «Юрий Николаевич, можно с вами поговорить?» – «Конечно, Коль, садись. Что? Ты должен уехать?» Я объяснил сложившуюся ситуацию. А Григорович в таких делах был, как говорится, не приведи господи! Не переносил, чтобы во время его репетиций кто-то куда-то посмел уехать. Ему даже про свой текущий репертуар в такие моменты нельзя было намекать, чтобы ничем не потревожить процесс его работы.

Присаживаясь к Юрию Николаевичу, я понимал, что захожу в клетку с тигром и сам вкладываю голову в его пасть. Я боялся этого разговора. «Юрий Николаевич, клянусь, я станцую бенефис в Петербурге, сяду на поезд, приеду и станцую Конферансье. У вас же нет во мне сомнения? Я же перед вами только что все станцевал». – «Ты точно приедешь?» – «Точно приеду». – «Мне все говорят, что ты меня подведешь». – «Юрий Николаевич, я вас когда-нибудь подводил?» – «Нет, ты – никогда».

По театру тут же разнеслось, что Григорович мирно отпустил меня в Петербург. Никто в то поверить не мог. Только Ворохобко сказал: «Я Грига не узнаю, ни одному другому артисту он бы этого не простил».

Сыграв для жюри театральной премии «Золотой маски» очередные шесть спектаклей «Смерти Полифема» в кукольном театре «Тень», я укатил в Северную столицу.

43

В программе моего трехактного бенефиса было почти все как я хотел. Только партнерш не было: ни Лопаткиной, ни Вишнёвой, ни Захаровой.

Меня это не удивило, в Мариинском театре я нашел, с кем свой бенефис станцевать. В «Рубинах» со мной вышла Олеся Новикова, в «In the Middle» – две Екатерины: Петина и Кондаурова. Только я утряс эту проблему, выясняется, конечно «совершенно неожиданно», что у театра закончились права на «Юношу и Смерть». После скандала, когда Вазиев нарушил волю Пети и отдал его балеты не тем исполнителям, Ролан в Мариинском театре больше не появлялся, заявив, что с этим руководителем никогда не будет иметь никак дел.

Звоню Ролану в Женеву с просьбой разрешить «Юношу и Смерть», слышу: «В Мариинском театре – нет!» Я к Жанмер. Зизи провела разговор с мужем, заявив, что он может отказать любому человеку, но не Николя. Волшебным образом получаю разрешение от Пети танцевать «Юношу и Смерть» в Мариинском театре один раз, и только мне. Оказалось, что и Рузиматов, и Зеленский тоже решили исполнять этот балет.