Небо и земля. Том 2

- И я не знала, - призналась, покраснев, и на лице Веча промелькнуло самодовольство.

Айями невольно сравнивала его с мужем.

Отношения с Микасом плыли на волнах романтики. Он лелеял, восхищался, боготворил. Возвел пьедестал для своей королевы и ставил удовольствие Айями превыше своего.

Веч придерживался того же мнения, однако сокрушал напористостью и энергичностью. И непредсказуемостью. Брал своё, не забывая об Айями, но выжимал досуха. Доводил до грани, на которой она забывала о скромности и стеснительности. Пробуждал животные инстинкты, спрятанные глубоко в подсознании.

Как-то Айями заметила на его спине странный рисунок в виде полумесяцев. Оказалось, полукружия её ногтей оставили след на загорелой коже, но Айями, хоть убей, не смогла припомнить, когда это произошло. Она вообще мало что помнила, кроме потребности в утолении телесного голода, умело разжигаемого Вечем."

"Айями пугали изменения, с ней происходящие. Она испытывала неловкость, а Веч, наоборот, довольно насвистывал, словно для него необузданность в постели являлась обычным делом.

Ему нравилось наблюдать за Айями. Однажды очнувшись ото сна, она поймала Веча за рассматриванием.

Вот как эксперт по живописи любуется подлинником дорогой картины, так и Веч изучал лицо Айями. Она машинально потерла щеку.

- Грязная?

Он покачал отрицательно головой и ничего не ответил.

В другой раз Айями вынырнула из дрёмы, оттого что губам стало щекотно. И поняла: это Веч водит пальцем, прикасаясь с осторожностью. Айями взяла и укусила за палец, не размыкая век. Несильно прижала зубами, зато эффект оказался неожиданным. Веч сперва оторопел, а потом захохотал.

- Больно? - спросила Айями, испугавшись смелого порыва.

- Нет, - давясь смехом, Веч стиснул её в объятиях.

- Больше не буду, - повинилась Айями.

- Напротив, - ответил он весело. - Кусай, где хочется. Точи зубки на здоровье, - и опять засмеялся, сочтя сказанное удачной шуткой. - Ты ведь мехрем.

- Значит, мехрем дозволено кусать? - улыбнулась Айями.

- И не только. Мехрем и прикрикнуть может, если что не так. И сковородкой приложить, - ответил Веч и, заметив её изумление, пояснил: - Поэтому нужно всячески поддерживать хорошее настроение мехрем.

И подтвердил сказанное притворно тяжким вздохом.

Поддержание хорошего настроения Айями он видел, во-первых, в потаканиях капризам. Мехрем хочет встречаться в гостинице? Пожалуйста. Мехрем желает принять ванну? С удовольствием. Мехрем вспомнила о гулаб джамун*? Напекут целый противень.

Как ни странно, гостиничный номер стал зоной комфорта для Айями. Неприкосновенной территорией. Имитацией домашнего уюта. На удивление, стекла в номере не заиндевели в сильный мороз. Окно выходило на заснеженное поле.