Незнакомец. Суровый батя для двойняшек

– Не хочешь признаваться? Будешь сидеть до самых родов. После родов ребенка твоего заберем, тебя лишим родительских прав и больше не увидишь свое чадо! Отдадут его на усыновление!

Готова потерять сознание от страха.

Как можно отдать моего новорожденного ребеночка кому-то чужому?

За что меня лишать материнских прав? Я уже люблю своих детей больше жизни. Буду заботиться о них, когда они придут в мой мир.

Я не должна бояться! Не должна. Иначе сделаю себе только хуже, – читаю мысленно мантру.

Делаю глубокий вдох.

Паника бурлит в крови, но я устала бояться.

Вначале следак пугал меня, что мои детки будут расти за решеткой, теперь он давит на мою психику, запугивает, что отнимет у меня право на материнство.

Нет! Так не пойдет. Вспоминаю, что девчонки в камере говорили мне – он будет выворачивать тебя шкурой наружу, разбирать и собирать заново. Всё терпи, девочка! Не сдавайся!

Вдох-выдох. Убеждаю себя, что всё получится, перехожу в наступление.

– Пожалуйста, сообщите майору по кличке Седой, что я жду от него ребенка. Он – мой последний шанс, – бормочу я.

Мезенцев громко и ядовито хохочет. Затем замолкает, смотрит внимательно, серьезно отвечает.

"– Как только скажешь, куда твой отец перевел все деньги, так сразу и сообщу твоему майору о ребеночке.

Считываю по его бегающему взгляду, что врет. Хотя при этом даже глазом не моргает.

Дверь щелкает и в комнату входит охранник. От щелчка наручников на моих тонких запястьях сердце снова чуть не останавливается. Никак не привыкну к этому клацанью.

– Иди! – командует следователь.

Ноги парализует от страха за себя. Губы пересохли, но я должна спросить. Хотя бы попытаться.

– Могу передать папе, что я здесь?

– Нет! – отрезает мою попытку к спасению.

– Право на звонок… у меня есть… я знаю.

– Кино насмотрелась! Угрюмая, запомни, нет у тебя ни на что прав. Ты их лишилась уже при рождении!

– Родителей не выбирают! – шиплю я. Конечно, я уже миллион раз прокрутила в голове эту мысль, почему я родилась именно у этого отца. Почему небеса решили за меня мою судьбу, а со мной не посоветовались?! В моей душе царит полный полумрак.

Но в моем теле живут дети, и я должна бороться. Спрашиваю:

– Если я вспомню, где лежат деньги папы, вы меня отпустите?

– Вот как заговорила! Ты меня шантажируешь или условия ставишь?! Девонька, ты не поняла, я здесь главный! Ты вспомни сначала…

Вздрагиваю от странной фразы.

Если я правильно поняла, то меня не собираются выпускать!!!

– Что это значит? – спрашиваю дрожащим голосом.

– Еще надо понять степень твоего участия в махинациях твоего отца!

Ледяные мурашки бегут по позвоночнику. Нервы натянуты как струна и снова тошнит как утром.

Мерзко на душе. Мезенцев меня обманывает и не собирается отпускать. Я для него отработанный материал.