Одержимость: Покоряясь тебе

Но моя реальность была здесь, во власти этого дьявола, который нещадно выкручивал меня и трепал так, будто я была бездушным предметом, созданным только для его использования.

Прежде многое происходило между нами с Адамом, и он часто причинял мне боль, в том числе и физическую. Но ни разу за все это время это не было физическим насилием, во всяком случае, мой мозг не воспринимал это таким образом.

Сейчас…

Сейчас он сделал это впервые, впервые изнасиловал меня, намеренно грубо проникая так, что каждый удар словно раздирал меня изнутри. В этом не было ничего сексуального, возбуждающего и чувственного, как это было прежде.

Единственное, что я чувствовала, это чувство унижения, неприятия и боль.

Я захлебывалась в слезах отчаянья, умоляя его перестать, остановится. Но он был глух к моим слезам, моим мольбам. Рычание срывалось с его губ, пока он продолжал насиловать мое тело, убивая мою душу с каждым мучительным движением.

Я не знаю, сколько это продолжалось. Мне казалось, что целую вечность. Когда сил умолять не осталось, я просто притихла, про себя повторяя, чтобы все поскорее закончилось.

Даже мои слезы прекратились от обессиливания.

Казалось, что я впала в некий транс, потому что перестала воспринимать происходящее. Но наконец-то он отпустил меня, злобно выругавшись. Он так и не кончил, несмотря на то, что все продолжалось долго, слишком долго, как по мне.

Ноги не держали меня, ноющее тело отказывалось слушаться. Дрожа с головы до ног, я опустилась на корточки, обхватив поцарапанные до крови колени, пустым взглядом уставившись перед собой.

Мечась словно, разъярённый зверь в клетке, Адам завел руки за голову, в ярости выплевывая ругательства, а потом со всего размаху ударил кулаком по окну машины, пробив его насквозь.

Не желая видеть хаоса, которым он окружал себя, я прикрыла глаза, пытаясь отгородиться от всего. Мне нужно было это отупение, пустота и безучастность, потому что в противном случае я просто рассыплюсь на кусочки.

Сколько всего может выдержать человек? Когда наступает та грань, когда, кажется, что душа умерла и начинаешь мечтать о настоящей смерти? Когда не остается сил и желания бороться.

Когда ты жалеешь, что вообще родился на свет.

Этот момент стал для меня таким.

Я услышала его тяжелое дыхание возле своего лица, когда он нагнулся, поднимая меня, чтобы продолжить свои беспощадные пытки. Я даже не сопротивлялась, когда он затолкнул меня назад в машину, чувствуя абсолютное равнодушие к тому, что со мной будет дальше.

Время размыло для меня свои рамки, поэтому я не имела представления, через сколько минут или часов «Астон Мартин» притормозил перед огромным трехэтажным домом, погруженным в ночную темноту.