Одержимость: Покоряясь тебе

 – Он обхватил всей пятерней меня за подбородок, заставляя посмотреть на себя. – Убеди меня, давай, сделай это, если хочешь помочь себе.

Он был полностью поглощен своей яростью и ненавистью, и я видела жуткие признаки удовольствия на его лице от моего мучения и унижения.

– Я грязная, мерзкая шлюха! – заорала я с неожиданной яростью. – Да, я нарушила твой приказ. Я трахалась с другим, и ты ничего уже не сможешь сделать с этим! – Я усмехнулась ему в его перекошенное, безумное лицо. – Хочешь наказать меня? Давай, убей меня, изнасилуй, мне плевать! Слышишь, мне все равно!

Последнюю фразу я буквально выплюнула ему в лицо.

Адреналин несся по моим венам, лишая чувства самосохранения и опасности, но я знала, что когда он сгорит, я пожалею о своей вспышке.

Я прямо смотрела на него, ожидая его реакции. Захочет убить, пусть убивает, во всяком случаи больше не придется терпеть его измывательства.

– Смерть для тебя стала бы легкой участью, – неожиданно спокойно произнес Адам, вернув себе свое самообладание. – О нет, Грейс. Ты еще будешь молить о ней, но у меня есть кое-что более интересное в запасе.

Его слова прозвучали как злорадное обещание чего-то, что обернется для меня чем-то очень нехорошим, неприятным. И это неведенье, ожидание того, чего я еще не знала, но что точно гарантировало мне боль и страдания, было самым ужасным в ситуации, в которой я оказалась.

Адам вытащил меня из душа, сорвав с меня полностью всю одежду, и мы вернулись в основное помещение, которое было оборудовано под комнату. Мне некогда было осматриваться, но видно было, что все здесь обустроили для жизни.

Холод сковал тело, а в желудке, словно камень лег.

Когда он успел все здесь подготовить? Неужели этот подвал уже давно дожидался меня, и он ждал только повода притащить и запереть меня здесь?

Адам толкнул меня в сторону дивана и, достав из комода полотенце, швырнул мне.

– Нам не надо, чтобы ты заболела и умерла. Это было бы слишком просто и разочаровало меня.

Он жутко усмехнулся, чуть склонив голову на бок, окидывая меня ничего не выражающим взглядом.

Я прижала полотенце к груди, словно оно могло нести в себе защиту от его устрашающих глаз; от нещадных, жестоких рук.

Адам отвернулся и прошел в угол комнаты, нагнулся и что-то взял. Оставленная, наконец, без его пристального внимания, я поднялась с дивана и бросилась к лестнице, в призрачной надежде убежать.

Не знаю, на что я надеялась, но он так быстро метнулся ко мне, что я едва достигла ступеней лестницы, как он схватил меня за лодыжки и дернул. Упав, я больно ударилась скулой и локтем.

Я застонала от разливающейся боли, которая казалось, распространяется по всему ушибленному телу.