Одержимость: Покоряясь тебе

Я не двигалась, пока все тем же грубым, небрежным образом Адам не вытянул меня из машины, избегая смотреть на меня. Впрочем, я делала тоже самое.

Он буквально поволок меня к дому, отпер тяжелую входную дверь. Мы оказались в большом холле с высоким потолком. Двигаясь широким, размашистым шагом, Адам быстро тащил меня по мраморному полу вглубь первого этажа. Я мельком успела заметить накрытую белыми простынями мебель, когда мы проходили мимо комнат с широкими проемами.

В конце коридора он, наконец, остановился и, удерживая меня за локоть одной рукой, другой отпер узкую дверь.

Дернул за включатель и наверху загорелся неяркий свет лампочки.

Ступени лестницы вели вниз, в подвал, куда Адам и привел меня. Только теперь, оказавшись здесь, чувство страха вернулось ко мне. Внутри будто произошел сдвиг, и я с остервенением принялась вырываться из его хватки, но безуспешно.

– Прекрати дергаться! – заорал он, швырнув меня на пол, поставив ногу в ботинке на мою шею, лишая возможности пошевелится без того, чтобы не задохнутся от нехватки кислорода.

– Грейс, я хочу, чтобы ты была покорной, – сверху вниз глядя на меня злым, холодным, как арктическое море взглядом, произнес Адам.

 – Если ты надеешься когда-нибудь увидеть дневной свет, то я очень советую тебе не рыпаться и делать так, как того хочу я. – Его губы зазмеились в жуткой усмешке. – И возможно я помилую тебя. Но не раньше, чем ты сполна ответишь за нарушение моего приказа.

Его голос стал обманчиво мягким, будто он предвкушал удовольствие от предстоящего наказания."

"Наконец он убрал ботинок с моего горла и, закашлявшись, я с жадностью втянула воздух в легкие.

Смена настроения была слишком быстрой.

Его зрачки стали почти черными, когда он вновь схватил меня за волосы и потащил к стене, где оказалась дверь, за которой располагалась небольшая ванная.

Даже не сняв с меня одежду, а точнее остатки от нее, он затолкал меня в душевую кабину и, включив душ, стал поливать меня горячей водой.

– Следует хорошо тебя вымыть, Грейс. Потому что ты еще та грязная, маленькая шлюха. Ну же, скажи это. – Свободной рукой он с силой провел по моему рту, хотя помады там уже не осталось. – Я хочу услышать, как ты признаешься в том, кто ты есть.

Убеди меня в том, что ты понимаешь, какая ты отвратительная, мерзкая дрянь.

Я с ужасом смотрела на него, понимая, что он ведет себя как ненормальный. Я думала, что изнасиловав меня, он успокоиться и отпустит, но нет, кажется, он решил истязать меня дальше, и в итоге похоронить в этом подвале.

– Говори, Грейс! – Он стиснул челюсти, поливая мое лицо и волосы большим напором воды.

– Я отвратительная, мерзкая дрянь, – заикаясь, пробормотала я, избегая смотреть в его глаза.

– Не верю.