Плохие девочки не плачут. Книга 3

Могу дать новую жизнь.)

— I don’t need it, (Не нужно,) — бросаю на автомате.

— Think over, (Подумай,) — рекомендует с нажимом.

— My answer will not change. (Мой ответ не изменится.)

Некоторые вещи действительно не меняются.

Украина снова не выйдет из кризиса, свежий сезон «Отбросов» опять снимут без Нейтона, ну, а я никогда не поумнею.

Унылый список безнадежных констант, с которыми остается только смириться.

— Being a toy is not your destiny. You deserve much more, (Быть игрушкой не твоя судьба, ты заслуживаешь большего,) — затрагивает за живое.

— I don’t complain. (Не жалуюсь.)

Валленберг ничего не отвечает, отступает и садится за стол.

Тоже молчу, нервно сглатываю и облизываю пересохшие губы.

Дуэль взглядов длится целую вечность. Глаза в глаза, проверяя на выдержку, тестируя стойкость. Кто не выдержит первым?

— It is not what you really want to, (Это не то, чего ты действительно хочешь,) — оглашаются вслух мои сокровенные мысли: — You want to get married, to have children and live in peace. Alex will not be able to make these dreams come true. (Ты хочешь замуж, детей и мирно жить. Алекс не способен исполнить эти мечты.)

Одну все же исполнил, просто вы еще не знаете.

— For example, in ten years, (Например, через десять лет,) — напряжение возрастает.

— You are still a lover because he will never divorce. You have no children for he is against it. You get everything money can buy but it doesn’t bring any happiness. (Ты все еще любовница, потому что он никогда не разведется. У тебя нет детей, потому что он против. Ты получаешь все, что можно купить за деньги, но это не приносит никакого счастья.)

Значит, правда.

И про развод, и про детей.

Господи… ну, почему?

Ладно, семейное положение, там возможны подводные камни типа брачных контрактов и прочей юридической ерунды. Но категорический отказ от детей — за гранью понимания.

— I don’t want you to suffer, (Я не хочу, чтобы ты страдала,) — тихо произносит он и улыбается той самой улыбкой, на которую давно хочу запатентовать права: — I offer you a way out. (Я предлагаю тебе выход.)

Ответ предсказуем.

— No, (Нет,) — закрываю глаза.

Конечно, стоило толкнуть пафосную речь о глубине зародившихся чувств и низменной роли бабла в пирамиде потребностей. А еще о несметном количестве плюсов моего избранника, которые он тщательно скрывает по причине естественной скромности. И о том, как сильно заводят боль, унижения, закулисные интриги с кучей непоняток.

Но слова закончились. Перебор усталости. Не физической, а моральной, тягучей и тягостной, пропитывающей плоть и кровь.

Наверное, Вальтер Валленберг ожидал чего-то большего или просто чего-то другого от женщины, завладевшей вниманием его внука. Если бы она действительно обладала умом и сообразительностью, то приняла бы предложение. Или наоборот сподвиглась бы на пламенную тираду а-ля оскорбленная невинность. В любом случае, нашла бы версию поубедительнее «люблю вопреки всему».

Но ведь так и есть.

I’m addicted. (Зависима.)

I’m obsessed. (Одержима.