Плохие девочки не плачут. Книга 3

На время.

— В смысле?

— Я все устрою. Деньги. Новые документы. Я позабочусь о твоей семье и…

— Нет! — обрываю его, закрываю уши ладонями. — Вы уже… вы же раньше… хватит, не хочу больше ничего слышать.

— Отпусти, — с нажимом повторяет Валленберг. — Дай ему остыть.

— Конечно, — истерично улыбаюсь. — Конечно, я могу его отпустить. Да только я у него под кожей. И он у меня тоже. И если суждено. То будь, что будет.

— Жизни не жалко? — холодно интересуется барон.

— Для него — не жалко, — усмехаюсь шире, восклицаю, не скрывая безумия: — Пусть так! Пусть убивает. Забивает до смерти.

Я все равно его. Плоть и кровь. До последней капли. До костей и до мяса.

— Подумай, не торопись отвечать, — говорит он. — Вам нужен перерыв. Я не предлагаю расставаться навсегда. Просто сделаете паузу.

— Перерыв? — это слово как будто обдирает мои губы.

— Пока вы вместе, ты не сможешь измениться, — продолжает спокойным тоном. — Алекс слишком силен для тебя. Он подавляет.

Вот это да.

Занятное наблюдение, верно?

Отступаю на несколько шагов назад, останавливаюсь возле стола.

— Может быть, вы правы, — киваю согласно. — Может быть.

Еще один шаг.

Назад.

Оглядываюсь по сторонам.

Улыбаюсь.

Нервно.

Чувствую как плавятся мои нервы.

В кипящем масле.

— Но я не хочу меняться, — чеканю мрачно. — Не хочу и не буду. Глупо? По-детски? До черта инфантильно? Ну и прекрасно.

— Я подожду, — говорит Валленберг. — Ты дашь мне другой ответ.

— Вот мой ответ.

Сбрасываю тарелку с блинами на пол.

Резко. Одним четким движением.

Скорбно бряцает стекло.

Снято с первого дубля. Шедеврально.

И стекло трещит под моими каблуками.

— В помощи не нуждаюсь, — заключаю хлестко. — А перерыв засуньте поглубже в свою аристократическую задницу.

И удаляюсь.

Пока адреналин рвет вены на части.

Не оборачиваюсь.

Пока не грянул гром.

В очередной раз.

Я возвращаюсь в свою комнату. На негнущихся ногах. Взмокшая и трясущаяся. Как в лихорадке. Температура достигает максимальной отметки. Если сейчас ко мне просто приложить градусник, он взорвется моментально.

Я пьяна.

От гнева.

Во мне стремительно возрастает градус.

От ощущения собственной безнаказанности.

Я едва держусь.

Я не держусь.

Если честно.

Закрываю дверь на замок и стекаю на пол. Злоба гасит разум похлеще самого чистого спирта.

Только на долго ли хватит этой анестезии?

Проклятье.

Что. Ты. Наделала.

Наладила контакт. Расположила к себе. Заручилась поддержкой.

Справилась на отлично. Ничего не попишешь.

Поздравляю.

Звезда.

Гребаная.

Это успех.

Аплодисменты.

Я мечтаю о многом. Но можно начать с чего-нибудь простого. Например, с алкогольной интоксикации.

Впрочем, нам ли быть в печали?

Помирать — так со спецэффектами. Чтоб в аду жарко стало. И раз так, то выходит, я еще плохо старалась. Можно лучше. Нет предела совершенству.