\

Удовлетворенный тем, что Брик согласился снова вернуться в казино в качестве управляющего, СиСи в конце концов коснулся в разговоре с ним и той темы, которая интересовала его не меньше, чем казино.

— Послушай, а ты не мог бы мне ничего сказать относительно той тайны, которая окружает исчезновение Августы? — осторожно спросил он. — Ты ничего не знаешь об этом?

Брик отрицательно покачал головой.

— Нет, я не знаю ничего об этом. СиСи задумчиво покачал головой.

— Тебе не кажется странным, что женщина после похищения уезжает куда‑то в полном одиночестве? Лайонелл остался здесь, Джулия тоже в городе, а вот Августы, как ни странно, нет.

Ее сестра сказала, что она уехала куда‑то в Канаду, в Банф, но больше никаких сведений от них мне добиться не удалось. Ни Лайонелл, ни Джулия ничего толком не говорят. Так ты ничего об этом не слышал?

Похоже, что Брик действительно не был в курсе событий, поскольку на его лице проступила искренняя растерянность.

— Нет, мне ничего не известно, — снова повторил он.

— Ну ладно, — с наигранным спокойствием сказал Ченнинг–старший, — оставим это. Итак, как мы и договорились, увидимся в полдень.

— Да, — кивнул Брик и направился к выходу.

— Кстати, — окликнул его СиСи, — я хотел тебе еще кое‑что сказать.

Брик снова обернулся.

— С возвращением! — радостно воскликнул СиСи и протянул ему для рукопожатия свою ладонь.

— Спасибо, — спокойно ответил тот, пожимая руку Кэпвеллу–старшему.

— Спасибо, и еще раз извините, — сказал Мейсон в трубку, — да, да, до свидания.

С этими словами он положил трубку на рычаг телефонного аппарата и обратился к Лили:

— Ну что ж, может быть, мы и нажили себе нескольких врагов, но это нас не должно волновать.

Занимайся своим делом.

Несмотря на начинавшую окутывать Санта–Барбару плотной пеленой полуденную жару, в домике для гостей на территории поместья Кэпвеллов было свежо и прохладно. Кондиционеры, заполнявшие весь объем дома прохладным воздухом, работали на полную мощность. Их равномерное гудение вносило некоторое разнообразие в царившую здесь тишину и покой.

Лили стояла у столика, колдуя над двумя высокими бокалами на тонких ножках.

— Ну что ж, — радостно сказала она, поворачиваясь к Мейсону, — это приятные известия, и за них надо выпить.

С этими словами она взяла бокалы и, подойдя к Мейсону, протянула ему один из них. Он с недоумением повертел в руке бокал с густой ярко–желтой жидкостью, опасливо понюхав ее,

— Зачем, Лили? — с недоумением протянул он.

— Давай, давай, — ободряюще сказала она, — здесь всего лишь апельсиновый сок, ничего крепкого.

— А, — убедившись в правильности ее слов, протянул Мейсон. — Судя по запаху, свежевыжатый. Довольно крепкий.

Он протянул свой бокал Лили, и легкий хрустальный звон разнесся под сводами дома.