Таня Гроттер и ботинки кентавра

К тому, что открыло мне глаза на вашу истинную сущность. Как случилось, что вы были здесь признаны, получили имена и сумели быстро приспособиться? Да очень просто. В Параллельном мире все имеют своих двойников. Их место вы и заняли.

– А они-то сами куда подевались? Почему мы с ними не встретились? – спросил И-Ван.

– Перетекая в другой мир, ты замещаешь своего двойника. Понимаешь? Нельзя оказаться в ином мире и не слиться с ним. Именно поэтому встретить своего двойника невозможно, потому что он и есть ты, а ты он.

– То есть, переместившись сюда, мы их убили? – поежившись, уточнил И-Ван.

Мардоний покачал головой:

– Сомневаюсь. Скорее, вы вытеснили их в свой мир. Между мирами должен быть баланс. В тот миг, когда что-то перешло из мира I в мир II, – что-то равноценное и идентичное должно было обязательно перейти из мира II в мир I.

И-Ван с Шурасино переглянулись.

– Вообрази, как там в мире I тоскливо бедному Шурасино. И какое у него там имя! Какой-нибудь Шура-сикс, – фыркнул И-Ван.

– То же самое можно сказать и про тебя. Ты там какой-нибудь Иванлякин в майке с дырами, – обиделся Шурасино.

И-Ван вздрогнул. Ему почудилось вдруг, что Шурасино случайно потянул за какую-то нить в его памяти. Но за какую?

– Теперь самый важный вопрос: почему мы сюда переместились? Что открыло нам дорогу в этот мир? – продолжал Шурасино.

Мардоний цокнул копытом.

– Намочи браслет! – велел он вместо ответа.

Шурасино, последнюю минуту ощущавший странный зуд в запястье и даже легкое покалывание, поспешно опустил обмотанное тряпкой запястье в воду.

– Ты думаешь, что это связано с… – начал он обеспокоенно.

Мардоний поспешно поднес палец к губам:

– Слушай, но не говори. Я не уверен, что он нас слышит, но если это так, твою речь он наверняка воспринимает лучше, чем мой голос. Браслет-то у тебя. Ты понимаешь?

– Да… Продолжай.

Вороной кентавр скрестил на груди руки:

– Я, кажется, догадываюсь, кто он. Или, точнее, кем он может оказаться. Однажды со мной случилась странная история. Тогда я был еще молод и не боролся за свободу кентавров, хотя в моем имени уже было вос…

Кентавр прервался и быстро взглянул на И-Вана.

– Еще одна улыбка, и я тебя лягну! – сердито проржал он.

– Не надо. Мелкая мстительность не свойственна восьми буквам. Особенно если эти восемь букв со временем желают получить девятую за спасение отечества, – сказал И-Ван.

– В любом случае, я тебя предупредил… Так вот, я был молод, глуп и, переправляясь через Стикс, не разведал брода. На середине река подхватила меня и понесла. Стикс, он нравный, и, что бы там ни говорили, у него есть душа. Если Стикс не хочет кого-то отпускать, то не отпускает, пока не наиграется. Я никак не мог выбраться на берег и выбился из сил, но тут мне наудачу подвернулось бревно.