Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

А ночлег нам надо перенести в другое место – зачем привлекать внимание? Заир, где-нибудь поблизости что-нибудь подыщи, здесь же будем оставлять часового… лучше даже двух. Здесь же ничего специально не прибирайте, но только Мадонну закидайте камнями, так, чтоб никто не смог найти. Доблестного Хакима похороним не здесь – у ручья. Вам все ясно?

– Да, господин.

– Теперь давайте помолимся за нашего погибшего героя. Самые красивые гурии, вне всяких сомнений, ждут его в раю!

Когда Егор, наконец, добрался до развалин часовни Святого Искле, его напрочь прошиб пот! Внизу, в долине, принося прохладу, дул легкий ветерок, а вот в горах стояли духота и безветрие, и колыхающиеся клубы серовато-голубого тумана неспешно стекали по склонам в усыпанное камнями ущелье, к ручью.

Пахло жимолостью, сосновой смолой и еще чем-то пряным – шалфеем или птичьим пометом… чем-то таким.

Разослав свою ватажку по окрестным деревням, князь решил осмотреть развалины самолично – чем-то привлекало его это давно заброшенное недоброе место: очень уж оно подходило для убежища, тем более – не далее как прошедшей ночью там горел костер.

Если, правда, не показалось – может, это просто призрачный свет луны отражался в камнях?

Внимательно осмотрев развалины, молодой человек заглянул в башню, не обнаружив там ничего интересного, кроме птичьих гнезд да разросшихся кустов ежевики. Та же ежевика в изобилии росла и по склонам, развалины же захватили чертополох, лопухи и крапива. Хорошо еще борщевика нигде не было видно, наверное, не рос он здесь, борщевик.

Осмотрев кострище, князь уселся на корточки и, подобрав брошенный кем-то прут, пошевелил остывшие угли. Несомненно, ночь здесь кто-то провел – да уходя, не очень-то и таился – повсюду валялись обглоданные, оставшиеся после сытной трапезы кости, какие-то обрывки ремней, старая стершаяся подкова, лошадиный навоз.

Ну, правильно – с чего бы добропорядочным пилигримам таиться-то, заметать следы? Заночевали, да пошли себе дальше – в монастырь или уже в обратный путь. Все просто. Вот разве что место для ночлега выбрали неважнецкое – местные-то эту часовню обходили десятой дорогой. Так то – местные, эти-то могли и не знать.

Немного отдохнув, Вожников еще раз осмотрел развалины и, не заметив ничего необычного, зашагал вниз по узкой, вьющейся между скал тропинке, к месту бивуака – хотелось хоть немного побыть одному, порассуждать, подумать.

Тем более, судя по солнышку – скоро уже и вечер.

В одиночестве молодой человек маялся недолго: первыми вернулись «гопники», а за ними, чуть погодя, и Аманда с Лупано. Все выглядели несколько разочарованными, и докладывать было особо нечего, разве что…

– Мы, когда шли вдоль ручья, видели там свежую могилу, – подумав, сообщила Аманда.