Все лгут

Никогда! – добавляет она вдогонку. Потом Мария оборачивается к малышке. – Адриенна, как ты?

– Мне боооольно! Аааааооооуууууу!

Мария берет ее на руки и начинает тихонько качать, взад-вперед.

– Тш-ш, – приговаривает она, – тихо, мое сердечко. – Все прошло, ничего страшного.

Кто-то звонит в дверь.

Обернувшись, Мария встречается со мной взглядом.

– Ты не мог бы открыть? Это Николь, она пришла за девочками.

Я иду в прихожую и открываю дверь.

Снаружи стоит женщина лет тридцати пяти. Она ошеломительно красива. На ней меховая куртка и поношенные джинсы, которые сидят так туго, что кажется, будто они просто нарисованы у нее на ногах. Длинные светлые волосы густыми блестящими локонами спадают на плечи. Зрачки ее немного расширяются от удивления, когда вместо Марии она видит меня. За спиной гостьи виднеется черный паркетник – она не заглушила мотор, и со стереоколонки у водительского места в осеннюю тьму рвется музыка.

– Привет, – хихикнув, здоровается женщина. – Я не знала, что Мария ждет гостей.

– Гуннар Вийк, – представляюсь я, протягивая руку.

– Николь Боргмарк, – отвечает она, хлопая неправдоподобно длинными ресницами.

Она долго не прерывает рукопожатия, словно не желая отпускать мою ладонь. В следующий миг свободной рукой она хватается за дверной косяк, и лишь тогда до меня доходит.

Она пьяна.

Не просто выпила, она пьяна вдрызг, словно только что вылакала бутылку вина или весь вечер тянула коктейли.

Тут до меня доносится и запах – от нее несет спиртом.

– Я просто пришла. Забрать. Девочек.

Я делаю шаг назад и жестом приглашаю ее войти. Потом оборачиваюсь.

Мария и девочки уже вышли в прихожую.

– Мамочка! – кричит Адриенна, бросаясь в объятия матери.

– Эй, сокровище мое, – говорит Николь, гладя дочь по щеке. – Ты хорошо… – Николь пытается подобрать слова, и снова хихикает. – …провела время? – заканчивает она фразу.

Смерив Николь долгим взглядом, Мария скрещивает руки на груди.

– Ты приехала сюда на машине, Николь?

Николь пожимает плечами.

– У меня была встреча с клиентами. Пришлось. Но тут ведь всего пару сотен метров…

– Оставь машину здесь, – обрывает ее Мария.

– Но…

– Никаких «но». Заберешь ее позже. Или я могу подвезти вас до усадьбы.

Николь тихо смеется и качает головой. Потом, кажется, принимает решение.

– Пофиг. Могу и завтра ее забрать. Пойдемте, девочки.

Мы сидим в кухне.

– Я вижу, у тебя передозировка семейством Боргмарк?

Мария вздыхает, вытирая лоб тыльной стороной ладони.

– Да уж, ты сам все видел, – говорит она, сцепив руки на коленях.

– Как давно это длится?

Мария качает головой."

"– Годами. Я пыталась с ней поговорить. И с Томом тоже. Но это непросто. Мне кажется, она не хочет признаться в том, что у нее есть проблема, и списывает все на работу.