Все лгут

 – Я вас провожу.

Он поворачивается к Тому.

– Мы закончили?

– Разумеется, – отвечает Том. – С договорами мы можем разобраться завтра.

Том надевает куртку и кивком прощается с нами, прежде чем скрыться за дверью.

Мы следуем за Казимиром по комнатам – старый паркет скрипит, но ковры, такие толстые, что на них можно было бы спать, заглушают наши шаги.

Наконец мы в библиотеке. От пола до потолка все пространство занимают белые полки. Из центра ажурной лепной розетки на потолке свисает гигантская хрустальная люстра. Я оглядываю полки: книги, конечно, там присутствуют, однако большинство пустует. Повсюду расставлены фотографии, небольшие фигурки и вазы.

Амели де Вег сидит за столом, склонившись к экрану ноутбука.

Волосы у нее короткие, курчавые и белоснежные, фигура коренастая, а улыбка дружелюбная, но немного настороженная.

Представившись, мы садимся в кресла по бокам маленького круглого столика, стоящего у дальней стены.

– Кофе? – осведомляется хозяйка. – Или, быть может, чаю?

– Благодарю, – отвечает Манфред. – Мы не надолго.

Амели кивает, рукой поглаживая жемчужное ожерелье, которое покоится на морщинистой коже в вырезе ее платья.

– Так чем мы можем быть полезны полиции?

– Как я упоминал в нашем телефонном разговоре, некоторое время назад в море неподалеку от Королевского Мыса были обнаружены останки молодой женщины, – беру я слово. – Они долгое время пролежали под толщей воды. Вероятно, около двадцати лет.

Казимир бросает взгляд на нас, а следом – на мать. Она же складывает руки на коленях, встречается со мной взглядом и затем коротко кивает.

– И теперь вы считаете, что это Ясмин Фоукара?

– Нет, – говорю я. – Это не она, судебный эксперт уверен. Женщина, чьи останки обнаружили в море, была на десять сантиметров ниже Ясмин – около ста пятидесяти пяти сантиметров. К тому же она родила как минимум одного ребенка.

Амели медленно качает головой.

– Но если это не Ясмин, я не совсем понимаю, чем смогу вам помочь, – произносит она.

– Эта женщина родом из Латинской Америки, вероятнее всего – из Колумбии.

– Вот как? – Амели теребит гербовый перстень на левом мизинце. – Я все еще не вполне понимаю вас, – повторяет она в искреннем смущении.

– До нас дошла информация, что в тот год, когда исчезла Ясмин, у вас в доме работала помощница из Колумбии, – поясняет Манфред.

Амели несмело улыбается.

– О, теперь понятно. Да, все верно. Но она сбежала.

– Сбежала или пропала? – уточняю я.

Амели неопределенно пожимает плечами.

– Кто знает? Однажды вечером она просто исчезла. Собиралась печь булочки. Но когда домой вернулись Казимир и мой муж, они уже превратились в угольки, а ее и след простыл.

– Почему же вы не заявляли об ее исчезновении? – спрашиваю я.