Выбирай сердцем

– Ксения Керн, – мой голос звучал очень сипло, будто сорвала его, – но вы можете звать меня Сеня.

– Вот и хорошо! А теперь, Сеня, иди чай пить.

На кухне суетилась Тата, под ногами которой крутился забавный белобрысый малыш с такими же глазами-блюдцами, как и у моей подруги. Егор, если я правильно помнила. Он с опаской и интересом рассматривал меня, прижавшись бочком к ноге своей старшей сестры. Я села, ссутулившись, на табурет, поставила ноги на его перекладину и спрятала всё ещё дрожащие руки между колен.

– Егор, отойди, кипятком ошпарю! – Говорить Тата старалась грозно, но мальчуган лишь взвизгнул, как будто шутку услышал, и со смехом ускакал в глубь квартиры.

Тётя Лёля, ловко увернувшись от стремительно летящего на неё чада, улыбаясь мне как ни в чём не бывало, накинула на мои плечи тёплый плед и ушла вслед за сыном, бросив на ходу:

– Иду укладывать Горку спать. Сильно не шумите.

– Чай готов. – Тата поставила на стол передо мной чайник-пресс. – Облепиховый, с имбирём. Мёд сама по вкусу добавишь. А, точно.

Она на пару секунд вышла из кухни и, вернувшись, положила передо мной мой телефон:

– Забрала его у тебя из кармана возле спорткомплекса.

На экране светились уведомления о десяти пропущенных от Фила и кучи непрочитанных сообщений от него же в разных мессенджерах. Я заблокировала экран и отпихнула телефон от себя.

– Мне так стыдно. – Я всё ещё не могла смотреть подруге в глаза.

– Ты меня вусмерть перепугала! Такая вся из себя сильная, стойкая, и тут на тебе, чуть в слезах не утопила! Блин, мне этого… – Тата задумчиво щёлкала пальцами, словно это помогло бы ей вспомнить.

– Фила? – предположила я.

– Да, точно. Этого Фила на кусочки порвать хотелось!

– Это не из-за него… Точнее, из-за него, но не совсем…

– А из-за кого тогда?

– Из-за Матвея. – У меня снова перехватило горло, стоило только произнести его имя вслух.

Я сильнее закуталась в плед и хлебнула горячего напитка из кружки. Тата сдвинула брови и приставила стул вплотную ко мне.

– А вот с этого места поподробнее.

– Он ушёл.

– Это я поняла…

– Ты не поняла! Он ушёл! – Я не кричала, но мой тон и безнадёжность в глазах выразили весь трагизм случившегося.

Во взгляде подруги читалось непонимание, недоверие, сомнение и чёрт знает что ещё, и мне пришлось рассказать всё с самого начала. И про первую встречу, и про фото в подъезде, которое потом так некстати нашёл в телефоне Белов, и про договор, и про встречу с родителями… Как буквально на днях Самурай ударил Зиберта, а потом мы разругались вдрызг на ровном месте…

– Ну ты дура! – Это было точно не то, чего я ожидала от подруги.