28 панфиловцев. «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва!»

Их пели, заведомо зная, что вернутся далеко не все. «И, значит, нам нужна одна победа, одна на всех – мы за ценой не постоим!»

Успешно начавшийся, «Восточный поход» Германии уже в июле стал тормозиться, а потери вермахта превысили все предполагаемые прогнозы.

Без громких слов стало ясно, что несет нацизм. Массовые расстрелы, презрительное отношение немцев к гражданам Советского Союза изменили настрой даже тех людей, которые чего-то ожидали от «новой власти». Оказалось, что ждать, кроме ярма на шею, нечего, а жизнь твоя ничего не стоит.

Однако вернемся к холодной осени сорок первого года.

Немцы оккупировали огромную территорию, окружили кольцом блокады Ленинград, бои шли под Москвой.

Но и Сталин не терял времени. Практически создавалась новая армия, промышленность была эвакуирована на восток и уже давала самолеты, танки, артиллерию."

"Я не хочу повторять известные истины, но в разгар боев под Москвой стал главным событием военный парад на Красной площади.

Он стал неожиданностью для всех и произвел огромное впечатление. Сталин рисковал, отдавая приказ о военном параде. Центр Москвы был в пределах досягаемости немецких аэродромов.

Но эффект от торжественного прохождения частей Красной армии, боевой техники, батальонов ополчения был ошеломляющим.

Уже несколько недель немецкая пропаганда вела целенаправленную работу, доказывая, что Москва как столица государства не существует.

Сталин и правительство прячутся где-то на Верхней Волге. В Москве царят паника и безвластие, предприятия не работают, уже назначен немецкий комендант Москвы. Запланирован торжественный парад немецких войск, а война практически завершена.

Немецкий парад так и не состоялся, а парад Красной армии транслировался по радио, был снят фильм, который доказывал, что Москва живет и сражается, а Сталин находится в столице и не собирается ее покидать. А на немецкую авиацию просто наплевали, если решились в дневное время устроить парад.

Правда, помогла и пасмурная снежная погода. Но авиация Геринга подготовку парада откровенно прозевала, и Гитлер, не выбирая выражений, высказывал рейхсмаршалу все, что он думает о нем и его хваленой авиации.

– Сталин утер нам всем нос! Ведь можно было предусмотреть события и пустить хотя бы десяток самых опытных экипажей!

Геринг отмалчивался, двигая массивной бульдожьей челюстью.

Он числился вторым по рангу руководителем рейха и не считал нужным оправдываться. Умный, ироничный министр пропаганды Геббельс тоже молчал. Стало ясно, что этим парадом Сталин доказал боеспособность Красной армии. Борьба с наступающими немецкими частями усилится. Ни о какой победе в ближайшее время немцы уже не упоминали и сменили стиль пропаганды.