Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

По возвращении из колонии Остапович обычно жил тихо и неприметно и большую часть времени проводил в сарайке, где у него стоял простенький верстак с тисами, а все углы были завалены разным металлическим хламом. Из этих отходов и рождала его фантазия инструмент, пригодный для необычной, как правило, ночной работы.

В последний раз отбыл наказание Верти Угол на отдаленных воркутинских широтах, вернулся сутулый, с облысевшей головой, но еще мосласто крепкий, прокаленный полярными ветрами и морозами. Но не вечно молодцу дробить чечетку — кралась старость и по пятам Гната.

Метил к нему накануне Алексей на деловой разговор не только потому, что растревожили его возникшие подозрения, больше надеялся на вскользь оброненную подсказку. В старости всегда пофилософствовать тянет, пускай и со случайным собеседником.

Долго носило Остаповича преступное половодье, а потому знал он своего брата-взломщика не хуже, чем какой-нибудь сельский поп свою немногочисленную паству. Родило, скажем время, новую категорию преступлений, определенных в законе, как угон автомототранспортных средств. Как светлячки на огне, пацанва на тех делах обжигается, жизни себе калечит.

От дурости, излишеств, от избытка сытой энергии. Таким и в колонии горе мыкать, по первому взгляду старожила стрелой летать. А вот их, взломщиков старой школы, остались единицы. Отмирает «профессия», столь прославленная когда-то в преступной среде. Ум, хитрость, риск, умелые руки — вот что значила, по мнению Остаповича, его виртуозная «работа». Не каждому она в руки дается...

Такие мысли одолевали Короткова, когда он входил в квартиру старого взломщика. Пришел, а постановление на обыск и предъявить некому.

Сейчас, когда кое-что прояснилось, потолковать бы с Гнатом, растопить ледяшки в его глазах... Опоздал сделать это.

Суток еще не прошло, как хозяин квартиры произвел свой расчет с жизнью. Кажется, выйдет сейчас он из-за кухонной занавески, укажет костлявой ладонью: «Садись, начальник».

В затхлом пропыленном воздухе чудился Короткову запах тлена. Шевельнул ноздрями, понял: пахнет газом. Не посвежел воздух от сквозняков.

Следователь Фирсова села к круглому, скрытому под желтой плюшевой скатертью, столу, раскладывала чистые бланки, писать готовилась.

Рядом стояли понятые: седенький старичок-пенсионер и краснощекая от смущения девушка-студентка. У старичка в глазах было недоумение. Видно, не мог понять, какие ценности собрались здесь искать сотрудники милиции.

— Такой тихий, услужливый и в домино всегда играл, — задумчиво сказал он.

Квартира была небольшой, комната да кухня, но нагромождение всякой рухляди затрудняло поиск. И все-таки Алексей надеялся, что у такого опытного в воровских делах человека должны быть под рукой потайные места.